Смертельный номер

Небольшой рыбачий баркас, урча мотором, неторопливо двигался вдоль скалистых берегов нагорья Гарраф. Синяя выцветшая от солнца краска шелушилась на подгнившей древесине бортов. Укрепленная на носу лебедка выглядела такой ржавой, словно пролежала сотню-другую лет на дне моря. Начертанное на корме хищное название "Барракуда" казалось бесстыдной насмешкой над утлым, дышащим на ладан суденышком.

На палубе трое мужчин, один пожилой и двое молодых, курили дешевые турецкие сигареты. Несмотря на палящее солнце, ни один не носил головного убора. Их выдубленная ветром кожа была темной, как у марокканцев, но латинские черты лица выдавали испанское происхождение.

Семья Вальдесов — отец Мануэль Игнасио Вальдес и двое его сыновей — Хорхе и Лукас все утро бороздили впустую застывшее в штиле Средиземное море. Старые, многократно чиненые сети оставались пустыми. С каждым днем рыба уходила все дальше от берегов, все труднее становилось сводить концы с концами.

— Дерьмо, — выругался Лукас и зло сплюнул за борт. — Я должен был принять предложение Ортеги. У меня не хватает денег даже на сигареты.

— И вкалывать на стройке, как марокканские эмигранты? — презрительно фыркнул отец.

— Можно подумать, что работа рыбака намного легче, — Лукас вытянул руки, демонстрируя натертые сетями мозоли. — Зато у меня были бы деньги. Я даже не могу пригласить Лолу в ресторан.

— Забудь об этой крошке, — усмехнулся Хорхе. — Говорят, к ней подкатывается Пако.

— Этот коротышка? — недоверчиво сощурился Лукас.

— Не забывай, что его отец — владелец отеля. Лола практична, как все женщины. Они не прочь покувыркаться в постели с крепким мускулистым парнем, но замуж выходят за хлюпика с тугим кошельком. Кстати, старый Хайме утверждает, что вчера видел Долорес в "тойоте" Пако. Он тискал ее, а твоя Лолита казалась очень довольной.

— Врешь!

Швырнув сигарету за борт, Лукас яростно бросился на брата. Хорхе встретил его прямым ударом в солнечное сплетение. Задохнувшись от боли, Лукас согнулся, но тут же выпрямился и яростно обрушил кулак на челюсть противника.

— Эй, вы, прекратите! Вы мне так всю лодку разнесете! — оставив руль, Мануэль бросился к дерущимся.

Баркас судорожно дернулся и накренился на правый борт. Не удержавшись на ногах, братья упали и покатились по палубе.

Старший Вальдес успел уцепиться за мачту.

— Что за черт! — воскликнул он.

Первой мыслью было, что лодка села на мель. Нет, это чушь, они почти в километре от берега, откуда здесь мели?

Баркас снова дернулся, на этот раз в другом направлении. Затем последовала новая серия рывков. Словно одержимая злым духом, "Барракуда" содрогалась и плясала на гладкой поверхности моря. Старые подгнившие доски угрожающе скрипели. Казалось, еще немного — и лодка, не выдержав, развалится на куски.

Ошеломленные происходящим братья прекратили драку. Вцепившись в борта, они лихорадочно вглядывались в море, пытаясь понять, что происходит.

Вода за кормой вспенилась, расступилась, и на поверхность вырвалось нечто светлое и огромное, расчерченное на квадраты ячейками зеленой, как водоросли, сети.

— Святая Мария! Что это? — в ужасе перекрестился Хорхе.

— Режьте сеть! Эта тварь потопит лодку! — крикнул Мануэль.

— Нет, — возразил Лукас. — Нельзя резать сеть. У нас нет денег, чтобы купить новую. Баркас выдержит. Эта бестия скоро устанет, вот увидите. Только подумайте, сколько денег мы выручим за нее. Надо вызвать подмогу.

— А вдруг не выдержит? — содрогнулся Хорхе.

— Тогда мы получим страховку.

— Если не утонем.

— От судьбы все равно не уйдешь, — ощерился Лукас. — Лучше кормить рыб, чем подыхать от нищеты. Направьте "Барракуду" к берегу, а я позвоню капитану Хункоса. Его "Валгалла" должна быть неподалеку.

— Помилуй нас, дева Мария.

Добравшись до руля, Мануэль развернул лодку к берегу. Хорхе, переместившись на нос, манипулировал с лебедкой. Подтягивая и отпуская трос, ему удавалось немного смягчать рывки бьющегося в сети монстра.

Губы старшего Вальдеса беззвучно шевелились. Он молил о спасении покровительницу рыбаков святую Марию де Кармен.