Смертельная Шпилька

Любимая всеми в Артании праздничная неделя Лунного нового года подходила к концу. Оставался последний день торжественного шествия, объявления долгожданной королевской помолвки, сверкающих фейерверков, неизменно озаряющих ночное небо в этот день, и всё. Дальше наступала весна, а жизнь приходила в обычное своё русло.

Потомственная некромантка, чародейка на службе его королевского величества Элиаса, Эрика Таками маялась от безделья. Её подруга уехала к родственникам, квартирная хозяйка с надоедливой старшей сестрицей, что, конечно же, никак не могла пропустить праздников в столице, хвала богам, отбыли куда-то по делам, поэтому девушка была предоставлена сама себе. Работы в последние дни не было вовсе: то ли убийцы и иные преступники попритихли в ожидании знаменательного события в королевстве, то ли по ещё какой причине, но Рику уже неделю не вызывали в коррехидорию, что означало прекрасную работу Королевской службы дневной безопасности и ночного покоя по предотвращению и пресечению преступной деятельности. Рика была коронером на службе Кленовой короны, а поэтому ни одно убийство не обходилось без неё. Предаваясь таким мыслям, чародейка подумала, что ни за что не пойдёт вечером к старшей сестре в гости (карточка с симпатичными дракончиками и контрастирующим с их игривым внешним видом приглашением в императивном тоне лежала на столе). С сестрой Рика никогда не ладила; возможно, причиной тому была банальная зависть Юри, из-за того, что бог смерти, которому их род служил уже более пятисот лет, выбрал не её, а вредную маленькую Рику, может, и ещё что, только никакого желания общаться с сестрой чародейка не испытывала. Она сидела за столом в своей комнате, пялилась в окно и никак не могла придумать благовидный предлог, дабы отклонить нежеланное приглашение. Как на зло в голову ничего не приходило кроме внезапно приключившейся хвори, а бабушка — нынешняя жрица бога смерти Эрару, много раз повторяла, что, приписывая себе некую болезнь, легко можно получить её в реальности. Сие спорное утверждение было проверено упорной Рикой ещё в детстве. Она не знала, как обстоят дела с другими, но с ней самой срабатывало на сто процентов.

Размышления Рики прервал дверной колокольчик, и девушка спустилась вниз. Неожиданным визитёром оказался четвёртый сын Дубового клана. Верховный коррехидор Кленфилда, одетый по-весеннему (благо капризная артанская погода сменила гнев на милость, одарив острова долгожданным теплом и ласковым солнышком), держал в руках коробку со знакомым чародейке знаком «Дома шоколадных грёз» — модного столичного кафе, где они нередко проводили время вместе.

— Добрый день, — поклонился Вилохэд Окку с присущим ему элегантностью, — я случайно проезжал мимо и решил поздравить вас.

— А перед этим случайно зашли в кафе? — пошутила после приветствия Рика в своей обычной манере.

— Должен сознаться, у меня к вам есть дело, — он повесил своё пальто на вешалке, — чаем напоите?

— Напою, — чуть насупилась девушка, — куда ж от вас деваться, — она представила, какой шум поднимет блюстительница нравственности тётушка Михо, если застанет их наедине.

Госпожа Михо Дораку почти месяц изводила и свою сестру, и двух её квартиранток бесконечными поучениями, нотациями и рекомендациями, как правильно нужно строить свою жизнь. Рика с Вилом хоть и считались женихом и невестой, но сначала это было вызвано необходимостью, связанной с важным расследованием, а потом они просто договорились оставить этот статус, потому что так было удобно для них обоих. С одной стороны он давал им полную свободу общения, а с другой — защищал Вилохэда от бесконечных попыток родственников устроить его брак.

Вил то ли не заметил недовольства чародейки, то ли пропустил мимо ушей. Он спокойно прошёл на кухню и принялся распаковывать солидную коробку с пирожными.

Рика разлила чай.

— У меня тоже к вам есть просьба. Помогите придумать благовидный предлог, чтобы не присутствовать на обязательном ежегодном семейном торжестве, которое устраивает моя старшая сестра. Работой отговориться не выйдет, ибо никому не придёт в голову делать вскрытие в восемь часов вечера. Внезапная болезнь категорически отпадает, так что я в замешательстве, — Рика ещё с поездки в родовое гнездо Дубового клана перестала использовать «зловещий» макияж, чтобы соответствовать своей магической специальности, поэтому сейчас на четвёртого сына Дубового клана взглянули нефритово-зелёные глаза из-под вьющейся русой чёлки. И смотрели они выжидающе и чуточку жалобно.

— Очень рад, что могу помочь, — улыбнулся Вил, — тем более, что это и есть то самое дело, ради которого я побеспокоил вас в праздничный день. Вы совершенно спокойно можете не ехать к своей сестре, поскольку уже приглашены в другое место.