Смерть за наследство

Заплаканная женщина положила на стол цветную фотографию.

— Вот. Это наша Леночка. Наша девочка… — Голос ее сорвался. Женщина всхлипнула и с явным усилием продолжила: — Уже две недели прошло. Она вышла из школы… мы никогда ее не встречали, школа же совсем рядом с домом! Кто мог подумать, что она…

— Мариночка… — Красивый мужчина, который сидел рядом, осторожно положил руку ей на плечо. — Держись, родная. — Он перевел взгляд на Лизу и тихо спросил: — Может, стакан воды?

Прежде чем та успела ответить, Марина отказалась:

— Не надо воды. Я… — она с усилием сглотнула комок в горле, — я в порядке. Но я хочу… я надеюсь, что вы сможете помочь! Мамина подруга сказала, что вы очень хорошая колдунья!

«Ну, спасибо вам, Ася Семеновна! — Лиза только головой покачала. — Надо же понимать разницу: помочь рассеянной пожилой женщине вспомнить, куда она засунула коробку с документами, и поиск пропавшего ребенка. Тем более от этой фотографии явственно тянет чем-то очень нехорошим…»

— Я не колдунья, — мягко сказала она вслух. — У меня есть некоторые экстрасенсорные способности, но реально я могу не слишком много.

— Я понимаю, — торопливо закивала Марина, явно не веря ни одному слову. — Вы только скажите, Леночка… она жива?

Лиза посмотрела на молодого мужчину — Андрей, он же муж Марины и отец пропавшей девочки. Странно — Марина еле сдерживает истерику, а он почти спокоен. Нет, какие-то отголоски эмоций улавливаются, но это совсем не тревога за ребенка. Был слишком молод, когда дочь родилась, и отцовские чувства до сих пор не проснулись? Или это вообще не отец, а отчим? Лиза перевела взгляд на четвертого присутствующего в комнате человека. Тоже мужчина, но гораздо старше. Судя по тому, что в его лице есть явное сходство с Мариной, родственник. Отец? Похоже. Он тоже нервничает, более того — раздражен, и сильно. Понятно, он здесь только потому, что не захотел отпускать дочь в сомнительное, по его мнению, место одну. Хм, одну? То есть муж дочери не в счет? Ладно, будем иметь в виду, а пока…

Лиза осторожно, едва касаясь края, придвинула к себе фотографию и невольно зажмурилась от сильнейшего ментального удара. Волна черного, почти первобытного ужаса поднялась, но натолкнулась на круговое «зеркало», которое Лиза привыкла держать постоянно, а при первом взгляде на посетителей еще и укрепила. Несколько секунд чернота давила на сознание, потом мрак схлынул, оставив после себя дрожь в пальцах и холодный пот на лбу.

— Что? — нервно спросила Марина. — Вы что-то видите? Вы можете мне сказать хоть что-нибудь?

— Нет, — осипшим голосом ответила Лиза. — Извините, но нет. Я ничего не могу вам сказать.

— Но как же? Ведь Асе Семеновне вы сразу, за один сеанс… Послушайте, если вы хотите… если дело в деньгах, то это не проблема… папа, подтверди, что мы согласны на любую сумму!

— Нет. — Лиза с трудом приподняла правую руку и тут же бессильно уронила ее на стол, постаравшись отодвинуть как можно дальше от фотографии. — Дело не в деньгах. Простите, но я ничем не могу вам помочь.

Старший мужчина резко встал, с грохотом отодвинув стул, и, бросив на Лизу взгляд, полный отвращения, шагнул к дочери.

— Пойдем отсюда, Мариша. Я с самого начала тебе говорил, что это дурацкая затея.

— Это была моя последняя надежда, — прошептала женщина. Взяла фотографию и прижала к груди. — Последняя.

Андрей суетливо вскочил, вклинился между тестем и женой, помогая ей подняться и воркуя что-то ласково-успокоительное.

Лиза снова приподняла руку и спросила у отца Марины:

— Простите, как вас зовут? Вы не представились.

— А в этом есть нужда? — обжег он ее злым взглядом.

— В общем-то нет. Просто я хотела попросить вас немного задержаться.

— Нас? — тут же встрепенулась Марина и попыталась вырваться из заботливых объятий мужа.

— Нет. Я хотела сказать несколько слов только вашему отцу… — Лиза выразительно посмотрела на старшего мужчину, и он, недовольно скривившись, процедил:

— Виктор Петрович. — И совсем другим тоном, повернувшись к дочери, попросил: — Маришка, поезжай, пожалуйста, с Андреем домой. Я не задержусь, выслушаю только, что мне эта ведьма хочет сказать, и за вами.

— Может, мы в машине подождем? — слабо трепыхнулась Марина.

— Домой, домой. — Он ласково подтолкнул ее к дверям. — Я на такси вернусь. И попробуй прилечь, подремать… Андрей, лекарство ей дашь?

— Да-да, конечно, — закивал Андрей, вызвав неприятную ассоциацию с китайским болванчиком.

Лиза даже поморщилась слегка. О, чувства возвращаются, это хорошо. Значит, отпускает. И то, как Виктор Петрович ее ведьмой назвал, почти вызвало улыбку. Он ведь не оскорбить ее хотел, просто квалифицировал. Ася Семеновна назвала ее, Лизу, хорошей колдуньей, а колдунья или ведьма — какая разница?

Тем не менее, когда Виктор Петрович, проводив, а точнее, выпроводив дочь и зятя, вернулся к столу и встал, опершись руками о спинку стула, Лиза посчитала нужным уточнить:

— Я не ведьма. У меня просто есть некоторые экстрасенсорные способности.