Смерть в шутовском колпаке

— Так вот ради чего нам пришлось томиться целую неделю, — произнес Майкл Шейн, стоя на пороге исторического здания «Теллер-Хаус» и с очевидным удовлетворением озирая открывающуюся перед ним панораму Сентрал-Сити.

— Я же говорила тебе, что поездка в Колорадо не такое уж большое испытание по сравнению с тем удовольствием, которое мы сможем получить, увидев это великолепие собственными глазами, — заметила Филлис, приподнимаясь на цыпочки, дабы, в свою очередь, окинуть взором толпы людей, заполнивших аллеи и улицы города.

Уже к середине дня открытия ежегодного театрального фестиваля улицы Сентрал-Сити начали приобретать первые черты того бушующего моря людей, в которое им предстояло преобразиться с наступлением сумерек. С раннего утра туристы, местные жители и постоянные посетители театральных премьер из Денвера прибывали в старый горняцкий поселок, вклинившийся между отвесными обрывами Скалистых гор; в поселок, построенный суровыми пионерами более шестидесяти лет назад в ущелье, настолько узком, что ручеек, бегущий по дну ущелья, пришлось закрыть настилом, чтобы выиграть хоть какую-то территорию, необходимую для построек его делового центра.

В течение счастливой и безмятежной недели Филлис и Майкл имели редкую возможность наблюдать за постепенным преображением и возвращением к новой жизни старого городка. А что могло быть лучше самого отдыха в горах, с холодными июльскими ночами и длинными мирными солнечными днями, с пешими прогулками по горным тропинкам, где за поворотом дороги вас поджидали то вход в старую штольню, то заброшенный прииск, поставлявшие в шестидесятые годы тонны золота своим владельцам.

Постепенно нараставшая волна всеобщего возбуждения приближалась к своему пику — торжественному открытию фестиваля. Старые заколоченные лавки были заново отремонтированы и открыты, маленькие магазинчики, едва сводившие концы с концами одиннадцать месяцев в году, сверкали свежей краской, а их прилавки ломились от разнообразных товаров. Всю неделю рудокопы округи двигались в сторону городка, чтобы успеть подровнять свои бакенбарды и загодя пощеголять в новых комбинезонах, приобретенных по случаю праздника. Два пустовавших на главной улице здания были срочно переоборудованы под казино, чтобы воссоздать дух славных шестидесятых, а заодно и собрать деньги для нужд местных благотворительных организаций.

На крутых склонах ущелья Эурека древние домишки с деревянными ставнями, построенные еще первыми поселенцами, стояли приветливо открытыми; по замыслу их новых владельцев, они должны были стать пристанищем для бесчисленных вечеров с коктейлями, ожидавшихся на протяжении трех недель фестиваля.

— Я начинаю доверять твоей интуиции, Фил, — сказал Шейн, обращаясь к своей молодой жене. — Твоя идея провести отпуск в горах была совсем не плоха. Он взял молодую женщину под руку, и они вместе вступили в веселый человеческий поток, медленно струившийся вниз по Эурека-стрит. Перейдя улицу, они миновали ряд ветхих строений, которые были некогда важными деловыми точками города, а ныне стояли запущенные и пустые.

Тяжелые грозовые тучи, с середины дня зависшие над пиками гор, закрывавшими доступ в долину с запада, заволокли, наконец, и солнце, но даже этого обстоятельства оказалось недостаточно, чтобы остудить праздничное настроение толпы. Только вспышки молний все чаще пронзали сгустившийся сумрак, а отдаленные раскаты грома временами заглушали звуки шагов и взрывы хохота подгулявших туристов.

Холодный порыв ветра ворвался в узкий каньон, всколыхнул ветви могучих елей и пригнул к земле вершины осин, примостившихся кое-где на склонах ущелья.

— Надеюсь все-таки, что дождя не будет, иначе он испортит нам весь праздник, — воскликнула Филлис, придерживая одной рукой шляпку, а другой цепляясь за локоть мужа.

Шейн ухмыльнулся.

— Полагаю, что даже дождя будет мало, чтобы испортить вечер этим парням. В конце концов, если ливень прогонит их с улиц, в городе найдется достаточно мест, где они смогут с лихвой вознаградить себя за это временное неудобство.

— Но тогда улицы все равно останутся грязными и скользкими, — стояла на своем Филлис. — Что за праздник в такую погоду!

— Нам не стоит жаловаться, ангелочек, — попытался урезонить супругу Шейн. — Вспомни, какая изумительная погода стояла всю эту неделю. Когда-нибудь она должна же была испортиться.

— О, наш отдых действительно удался на славу! Я получила огромное удовольствие, повидав так близко всех этих знаменитых актеров. И подумать только, что ведь они в принципе ничем не отличаются от простых смертных. Раньше мне казалось, что все они ужасные снобы.

Она весело рассмеялась, оправляя свою короткую юбку, вздувшуюся под напором ветра.

Шейн поплотнее надвинул шляпу на свою рыжую голову и оценивающе взглянул на проносившиеся над ними тяжелые облака. Угрожающего вида черная туча стремительно приближалась к городу, прямо на глазах увеличиваясь в размерах.