Смерть открывает карты

(Действие пьесы разворачивается в спальне принадлежащего Нату Акерману двухэтажного дома, стоящего где-то в Кью-Гарденз. Все стены в коврах. Просторная двойная кровать и немалых размеров туалетный столик. Изысканная мебель, шторы, на стенных коврах – несколько живописных полотен и довольно несимпатичный барометр. При открытии занавеса звучит негромкая мелодия – это основная музыкальная тема спектакля. Нат Акерман, лысый, пузатенький пятидесятисемилетний производитель готового платья, лежит на кровати, дочитывая завтрашний номер «Дейли-Ньюс». Нат в халате и шлепанцах, газету освещает лампочка в белом металлическом абажуре, прикрепленная зажимом к спинке в изголовье кровати. Время близится к полуночи. Внезапно раздается какой-то шум, Нат садится в кровати и поворачивается к окну.)

НАТ: Какого черта?

(В окне, неуклюже корячась, возникает мрачная личность. На незнакомце черный плащ с клобуком и черный, в обтяжку костюм. Клобук покрывает голову, оставляя открытым лицо – лицо пожилого человека, но совершенно белое. Внешне он немного смахивает на Ната. Громко пыхтя, незнакомец переваливается через подоконник и рушится на пол.)

СМЕРТЬ: Иисусе Христе! Чуть шею не сломал.

НАТ(в замешательстве глядя на пришлеца): Ты кто такой?

СМЕРТЬ: Смерть.

НАТ: Кто?

СМЕРТЬ: Смерть. Послушай, можно я присяду? Я себе чуть шею не свернул. Дрожу, как осиновый лист.

НАТ: Нет, но кто ты такой?

СМЕРТЬ: Да Смерть же, Господи. Стакан воды у тебя найдется?

НАТ: Смерть? Что ты этим хочешь сказать – смерть?

СМЕРТЬ: Ты что, не в себе? Не видишь – весь в черном, лицо белое…

НАТ: Ну, вижу.

СМЕРТЬ: Разве нынче Халлоуин?

НАТ: Нет.

СМЕРТЬ: Ну вот, значит, я – Смерть. Так могу я получить стакан воды – или хоть лимонаду?

НАТ: Если это какая-то шутка…

СМЕРТЬ: Какие шутки? Тебе пятьдесят семь? Нат Акерман? Пасифик-стрит, сто восемнадцать? Если только я ничего не перепутал… сейчас, у меня где-то был список вызовов… (Роется по карманам и наконец извлекает карточку с адресом. Похоже, адрес правильный.)

НАТ: И чего ты от меня хочешь?

СМЕРТЬ: Чего я хочу? А как по-твоему?

НАТ: Ты, наверное, все-таки шутишь. Я совершенно здоров.

СМЕРТЬ(равнодушно): Ну да, еще бы. (Оглядывается по сторонам.) А ничего у тебя квартирка. Сам обставлял?

НАТ: Нанял тут одну бабу, декораторшу, да только за ней все равно пришлось присматривать.

СМЕРТЬ(вглядываясь в одну из картин): А вот эти детишки с вытаращенными глазами мне нравятся.

НАТ: Я пока еще не хочу уходить.

СМЕРТЬ: Да ну? Слушай, не затевай ты эту бодягу. Меня, к твоему сведению все еще тошнит от подъема.

НАТ: Какого подъема?

СМЕРТЬ: По водосточной трубе. Хотел произвести впечатление. Вижу, окна большие, ты не спишь, читаешь. Вот и решил, что стоит попробовать. Думаю, влезу и появлюсь с этаким – ну, сам понимаешь… (Прищелкивает пальцами.) А пока лез, завяз башкой в каких-то плетях, труба обломилась, я и повис, буквально на волоске. Потом еще капюшон начал расползаться. Послушай, пойдем, что ли? Ночка выдалась тяжелая.

НАТ: Ты сломал мою водосточную трубу?

СМЕРТЬ: Ломал. Да только она не сломалась. Так, погнулась немного. А ты что, ничего не слышал? Я знаешь как об землю хряпнулся?

НАТ: Я читал.

СМЕРТЬ: Наверное, что-нибудь интересное. (Поднимает с пола газету.) "ГРУППОВАЯ ОРГИЯ С УЧАСТИЕМ ДЕВУШЕК, ИЗУЧАЮЩИХ «НОВУЮ АМЕРИКАНСКУЮ БИБЛИЮ». Можно, я это возьму?

НАТ: Я еще не дочитал.

СМЕРТЬ: Ну… я не знаю, как бы тебе объяснить, дружище…

НАТ: А почему ты просто в дверь не позвонил?