Смерть может танцевать 5

Крайне странная встреча. Эта женщина, зачем она показала мне ту пирамиду? Нет, я, конечно, совсем не против, было очень даже любопытное и познавательное зрелище, но всё же?

Мы обсудили дела, я получил заказ, и на этом можно закончить, но нет… Ладно, у богатых свои причуды.

Самолёт набрал необходимую высоту и на табло погас символ, позволяя наконец-то разомкнуть ремень безопасности. В проходе тут же нарисовалась симпатичная стюардесса в обтягивающем и подчёркивающем аппетитные формы, костюме.

– Что-нибудь желаете? – с широкой, приветливой улыбкой поинтересовалась она.

– Нет, спасибо, – покачал я головой, и девушка поспешила удалиться.

Я проводил её аппетитный зад и даже слегка ухмыльнулся собственным мыслям.

Взгляд снова притянула тощая папка-скоросшиватель, где находилась скудная информация по цели. Задачка предстояла крайне сложная, даже не в плане устранения, скорее, в поиске. Но ничего не поделать, сумма, что перечислена на мои счета, была настолько серьёзной, в общем, отказать я просто не мог.

Эти люди всё же смогли найти ко мне подход и обставили всё таким образом, что отказать не получится. И дело даже не в деньгах, хотя они стали очень приятным аргументом. Но вот на любопытстве они сыграли шикарно.

А ведь не только это смущало. Поверх папки находился небольшой пенал, что перед самой посадкой передал мне телохранитель Лии. Странное всё же имя и даже отчества никакого не назвала. А насколько мне удалось выяснить, её фамилию тоже никто не знает.

В общем, этот самый пенал в данный момент волновал меня гораздо больше, нежели цель и методы её поиска и устранения. Естественно, я заглянул в него первым делом, но содержимое вызвало ещё больше вопросов.

Внутри обнаружился шприц, в котором по отметку в два миллиграмма набрана странная субстанция серебристого цвета. Больше всего она напоминала ртуть, хотя вес говорил, что это нечто иное.

Рядом на небольшом клочке бумаги имелась скудная инструкция: «Снять защитный колпачок, ввести иглу в вену и надавить на поршень. ВНИМАНИЕ! Инъекция имеет ряд побочных эффектов. Рекомендуется, во избежание травм, применять, заняв горизонтальное положение».

Вот, собственно, и вся информация. Однако человек, что передал мне этот пенал, явно дал понять: данный препарат предназначен для меня. Он так и сказал: «Госпожа Лия просила вам передать в качестве бонуса».

Что это могло означать? Очередная, странная загадка, на которую мне уже вряд ли ответят.

А ведь странности начали происходить задолго до нашей встречи.

Примерно год назад мне позвонил генерал-лейтенант Сухов и ошарашил невероятной новостью. Наш отдел расформирован по приказу президента. Как вообще такое произошло – ответить он не смог. А ведь людей, подобных мне, просто так на покой не отправляют, это даже не область фантастики, скорее, нечто сверхъестественное и невероятное.

Я бы ещё поверил, если меня просто попытались убрать, но нет. При личной встрече Сухов вручил мне пухлый пакет, в котором обнаружились документы, на личность Владислава Сергеевича Суркова и моей фотографией. Пластиковая банковская карточка, на которую перечислили расчёт и на этом всё.

– Я надеюсь, тебе не нужно напоминать о подписке? – сухо поинтересовался он.

– Ни к чему, – не менее лаконично ответил я.

– Замечательно, – кивнул бывший начальник.

– Это всё? – до конца не верилось в происходящее и больше напоминало первоапрельскую шутку.

– А чего ты ждал? – усмехнулся собеседник. – Медаль, почести, может быть, миллион долларов в Швейцарском банке?

– Нет, но…

– Всё, Влад, твоя работа окончена. И радуйся, что всё произошло именно так, мирным путём. Найди работу, женщину и живи.

М-да, легко сказать. Из меня воспитали машину для убийств, а затем выбросили за ненадобностью. Нет, в последнем я очень сильно сомневался, люди моей профессии необходимы правительству, но тогда почему? Вот только на этот вопрос мне не суждено было получить ответа, и даже намёка.

Сухов уехал, как сказал: «Вручить путёвку в светлое будущее ещё парочке лихих ребят». А я ещё долго сидел на скамейке в сквере, силясь понять: «А что делать дальше?»

Я всю свою жизнь исполнял приказы. За меня решали всё, где работать, куда ехать, чем питаться и даже кого трахать. Меня обучили всему: как выживать в самых невероятных условиях, как обнаружить и устранить цель. Вот только забыли научить жить.

Впервые я был предоставлен сам себе и понятия не имел, что со всем этим делать. Да, у меня есть опыт гражданской жизни, хотя со стороны он больше напоминает жалкое существование.

Дома всегда царит спартанская обстановка: стол, стул, кровать, две кастрюли, сковородка, чашка, кружка и один набор столовых приборов. В шкафу минимум вещей, а на дне всегда «тревожная сумка». Я готов сорваться с места в любую секунду, оставить дом, переехать и не испытывать при этом ни малейшего дискомфорта.