Смерть и девушка, которую он любит

В общем, дело вот в чем. Есть у меня сестра. Слегка с приветом, но присутствует в ней какая-то особая кипучесть. Особая офигительность. Есть братья. Та же история, только в другой упаковке. С приветом, но офигительные. По всем статьям. А еще есть муж, благодаря которому я чувствую себя почти достойной всех тех невероятностей, что случаются со мной, несмотря ни на что. Добавьте сюда двух прекрасных сыновей, парочку кузенов, золовок и других членов большой семьи, приправьте большущей щепоткой друзей, братьев по перу, сестер по оружию, народа по маркетингу и связям с общественностью, продюсеров, художников и редакторов, а еще помощницу, которая наматывает вокруг меня круги, «уличную команду», благодаря которой я уже поверила в волшебство, и редактора, чьей трудовой этике могут позавидовать мировые лидеры, и вы поймете, почему и как я оказалась посреди питательного котла из творчества и положительной энергии. Вот это мы и называем системой поддержки, и у меня она — лучшая в мире!

А еще есть ты — читатель. Страстное, раскаленное добела создание, питающееся написанным словом так же, как другие — напитками с кофеином. Только благодаря тебе я зарабатываю на жизнь любимым делом — сочиняя истории.

Огромное спасибо всем вам!

Вы сами знаете, кто вы.

Знаете, что значите для меня.

И что без вас меня бы давно упрятали в комнатку с мягкими стенками.

Надо как-нибудь вместе пообедать!

Академия Бедфорд-Филдс зарекомендовала себя как одна из самых престижных школ Северной Америки, обещая своим воспитанникам превосходное образование и будущее ярче, чем взрыв сверхновой. Ну или что-то типа того. На самом же деле это место — всего лишь последняя надежда для богатых родителей, чьих детей вышвырнули из всех остальных учебных заведений в свободном мире. Этот интернат дико дорогой, но те самые родители, у которых неуправляемые дети и денег куры не клюют, готовы заплатить сколько угодно, лишь бы получить хотя бы иллюзию хорошего образования. К собственной репутации они относятся крайне серьезно. А притворяться хорошими родителями — это стоит немалых усилий. И всяческих трастовых фондов. Плюс школа не дает детям мешаться под ногами у мам и пап. И за это упомянутые мамы и папы готовы платить сверху.

Конечно же, в самом начале учебы в Бедфорд-Филдс ничего этого я не знала, но как-то раз все правила школы мне популярно объяснила блондинка с перебором подводки для глаз и сильным дефицитом моральных принципов. Причем объяснила прямо в туалете, пока чистила ногти складным ножом, которым разжилась у наркоторговца в Кабо-Сан-Лукасе прошлым летом. Не преминула она и добавить, что заточила нож острым как бритва, чтобы тот легче входил в цель. А потом напрямик спросила, какого рожна рыжая коротышка с кожей цвета побелки посмела вторгнуться на ее территорию. Я понятия не имела, школу она имеет в виду или конкретно туалет. Так или иначе, это был мой первый день и первое знакомство с жизнью, не имеющей ничего общего со знакомым и привычным. И с того момента все покатилось под откос.

Во-первых, зима на севере оказалась настоящим шоком для моего организма. Даже в семи слоях одежды я никак не могла согреться. Во-вторых, моя учеба началась посреди семестра, и я катастрофически не успевала почти по всем предметам, на которые меня записали. И, в-третьих, у меня, видимо, имеется какой-то акцент, который давал повод некоторым из самых неугомонных учеников от души надо мной поиздеваться.