Смерть и бессмертие

Неведомыми путями распространяется Знание. Мало кто возьмется предсказать, где прорастет его семя, дав молодые сильные побеги новых идей. Однако эта неизвестность не останавливает творческую личность в стремлении донести свою мысль до читателя, воплотив ее в печатное слово.

Но миссия творца отнюдь не заканчивается с выходом в свет его книги – глашатая его дум. Столько же, если не больше, душевных сил и времени он должен отдать труду ради поддержания своих идей, дополнительного истолкования, защиты от искажений. Чем сложнее произведение для понимания, тем труднее ему найти отклик в сердце читателя, тем большее участие в его дальнейшей судьбе должен принимать сам автор, чтобы защитить свое детище от неверного восприятия, а порой и сознательного шельмования.

Безусловно все это относится и к столь сложному сплаву науки, религии и философии, каким являются теософские произведения Е.П.Блаватской. И разумеется, она, борец по природе, преданнейший ученик своего Гуру, поставившего перед ней задачу оповещения Западу духовной доктрины Востока, не могла бросить свои фундаментальные труды на произвол судьбы.

Большинство статей настоящего сборника являются репликами или комментариями на отклики читателей, посвященные опубликованным ранее ее произведениям. И каждая из этих реплик или комментариев – словно высверк клинка тысячелетней Мудрости, пробивающего окаменевшую корку бездуховности современного западного сознания. Впрочем, не только западного. Так, коренные жители Индии, порой, тоже довольно причудливо интерпретировали теософские идеи. Но для Е.П.Блаватской невежество не имело национальности. Она не колеблясь вступает в полемику, чтобы защитить порученное ее заботам Знание, а ее удивительная эрудированность и находчивость, проявляемые в любой дискуссии, вызывают глубокое уважение.

Широта ее интересов потрясает. В статьях, представленных вниманию читателя в настоящем сборнике (опубликованы, главным образом, в журнале «The Theosophist» за период около полутора лет), затрагиваются вопросы этнографии, философии, психологии, этики, спиритуализма, истории религии и современного автору состояния естественных наук. И каждая статья далека от схоластики, пустого теоретизирования – главная задача автора состояла в том, чтобы оказать читателю практическую научную или духовную помощь.

Настоящее издание подготовлено по материалам опубликованным в собрании сочинений Е.П.Блаватской: H.P.Blavatsky. Collected Writings. – 15 vol. – USA (HPB CW), составленном Б.М.Цырковым, комментарии которого (вместе с материалами «Теософского словаря» самой Е.П.Блаватской) вошли в состав примечаний данного сборника.

С. Д. Фролов

В журнале «The Spiritualist» от 18 ноября разбирается статья, опубликованная в октябрьском номере «The Theosophist» под заголовком «Фрагменты оккультной истины», но при этом сильно недооцениваются цели и, особенно, значимость статьи. Чтобы читателю было понятно последующее изложение, в начале мы приведем выдержки из статьи в «The Spiritualist», которая называлась «Размышления вокруг да около».

«Глубоко уважаемый автор лучшего учебника по химии на английском языке, покойный профессор У.Аллен Миллер на лекции в Королевском Институте представил вниманию слушателей некоторые факты. Однако он намеренно не изложил умозрительную гипотезу, по-видимому объясняющую эти факты, мотивируя это тем, что соблазнительные, но не доказанные гипотезы, однажды внедренные в умы людей, труднее всего искоренить. Они зачастую преграждали путь к истине, способствовали развитию исследований в ложном направлении, так что лучше если их вообще не будет в сознании молодых студентов-ученых.

Занимающийся истинно творческими исследованиями, должен иметь определенные гипотезы при постановке каждого нового эксперимента. Эти эксперименты – вопросы, задаваемые природе, и обычно ее ответы сравнивают с землей все эти гипотезы, одну за другой, но постепенно выводят исследователя на истинный путь и раскрывают неизвестный дотоле закон, который после этого можно надежно использовать на благо человечества.

От такого подхода в корне отличается метод исследования некоторых психологов. Им в голову также приходят соблазнительные и правдоподобные гипотезы, но вместо того, чтобы считать распространение этих гипотез вредным до точной проверки их достоверности, они, напротив, считают это самым разумным, игнорируя при этом необходимость установления фактов и доказательств. На этой основе возможно даже создание целой философской школы или религии, к которой они призывают присоединяться других людей, чтобы отстаивать новые догматы. Так, с триумфом, под звуки фанфар, определенные люди навязывают миру недоказанные гипотезы вместо того, чтобы проверить их и, чаще всего, опровергнуть эти гипотезы еще в зародыше, как это должно делать настоящему ученому [1].