Слямбу катамбу нок! или Приключения первобытного выдумщика

История о первобытных людях, которую я собираюсь рассказать, увидена… моими собственными глазами.

Это случилось в Абхазии, в пещере, куда, меня, гостя горного этого края, взяли спелеологи. Входом в пещеру была узкая вертикальная расщелина, до поры скрытая от досужих глаз густыми зарослями деревьев и кустов.

Свет фонарей открыл нам первую пустоту — высокую и широкую, как зал, с черными, будто закопченными, гулкими сводами. Из пещеры вели в глубь горы, в другие пустоты, несколько ходов, одинаково запечатанных густой, как смола, темнотой.

В каком-то из "залов", в третьем или четвертом, я задержался у сверкающей в свете фонаря стены из слюдяного камня (гипсовый шпат, объяснили спелеологи, а то, что я назвал стеной, была опрокинутая водой его скала), задержался, кинулся, опомнившись, догонять группу, попал в один закоулок, другой. Увидел какую-то щель, просунулся в нее и очутился перед еще одной слюдяной стеной. Я присмотрелся — вся она оказалась расписанной рисунками! Шпат — мягкий материал, рисовать на нем легко даже осколком кремня, каждая черточка, особенно если стереть с нее пыль, отчетливо видна.

Я стер пыль, которой было, возможно, несколько веков, — стена сказочно засверкала, а рисунки проявились так четко, словно их сделали совсем недавно.

Я вгляделся в них…

Первое, что я понял — рисунки очень древние, и что они — единый рассказ, расположенный так, как следуют одна за другой строчки в книге.

Я "прочитал" этот рассказ весь от первого рисунка до последнего, страшно жалея, что нет со мной видеокамеры или хотя бы фотоаппарата. Прочитав, отыскал, как мне почудилось, ту же щель, пролез в нее, но оказался Бог или, вернее, черт знает где, перепугался насмерть…

Около двух часов я блуждал, продираясь из одной пустоты в следующую через шкуродёры, как называют узкие лазы спелеологи, страшась невидимых бездонных колодцев, не надеясь уже увидеть когда-либо людей…

Чудом вылез через очередной шкуродёр, на встревоженные моей пропажей голоса. Рассказал спелеологам о своей находке — они дружно ахнули, — но сказать, где находится эта стена, как ни хотел, не мог.

Один из группы был ученый антрополог, он попросил хотя бы повторить в его блокноте рисунки, увиденные в дальней пещере. Я взял его карандаш и кое-как изобразил то, что увидел на стене.

— Вы даже не представляете, что обнаружили! — воскликнул ученый. — Рисункам не менее тридцати тысяч лет! Это же могут быть кроманьонцы!*

Ученый был вне себя. Он уже кричал, размахивая руками: — Нужно немедленно организовать новую экспедицию!! Специальную!!!

Экспедиция вскоре была организована, и не одна, но той стены так до сих пор и не нашли. Должно быть, щель, через которую я проник в уникальную пещеру, завалило. Ученые уже отчаялись отыскать бесценные рисунки, а некоторые даже не верят, что они существуют.

Единственное, чем я могу восполнить потерю, это пересказать историю, нарисованную острым осколком кремня на сверкающей в свете огня слюдяной стене.

Прежде чем начать ее, добавлю: рисунки сделаны столь талантливо, они столь выразительны и живы, что соответствуют каждому моему дальнейшему слову.