Случайная станция во времени

Противник когда-то и здесь решил стоять насмерть. К этому бойцы давно привыкли. И били, били, ввязывались в снайперские дуэли, не давая поднять головы, пока не выбили за пределы населённого пункта всех. Только изредка артсистемы, да оставленные на территории мины продолжали угрожать спасающим оставшееся в живых местное население.

Известный военкор, посетивший Межевую в этот победный день, работал не покладая рук. Радостное оживление царило во взявших посёлок войсках. Теперь боевым составом ожидалось поздравление Командующего.

«Челленджер, это Щур-два! Объект в первом подъезде замер на входе и не шевелится. Даю точные координаты…»

Этот день начался как обычно: после вчерашнего вытеснения противника мы стали аккуратно зачищать районы и эвакуировать пострадавшее местное население. Но уже второй дом у окраины преподнёс неприятные сюрпризы два раза подряд. Оба раза досталось парню, когда он был один!

По одному человеку обычно не стреляют миной в любой ситуации. А если стреляют, как правило, не оставляют в живых, потому у некоторых сложилось такое тонкое впечатление, что Кирилл был поцелован богом в самую макушку. Только его друг, Моджахед, которого звали когда-то Лёхой Даниловым, успокоил Кирилла, сказал:

– После такого должна начатся чёрная полоса и тебя, Кира, прикончат со стопроцентной гарантией. и скривил хитрую рожу. – это он шутил.

Кирилл, с позывным Удав, тоже был уверен, что какой-то конец везению наступит непременно, тот чёрт по нему садит из миномёта очень даже толково, и лишь два раза врагу не везёт. С двух мин вокруг всё изрешечено осколочной шрапнелью,вынесены кирпичи и взрыта воронка у фундамента. Удава взрывной волной тоже плющило, но не сильно, на самом бойце и его амуниции ни дырочки, ни царапины!

Первый раз он попал под раздачу днём, часов в десять. Приехали проверить подвалы почти разрушенного шестиэтажного дома, в первом же подъезде нашли группу из четырёх женщин, прятавшихся от войны в подвале. Противник ушёл, а женщины без посторонней помощи выйти боялись. Напарник, Лёха-Моджахед, пошёл в подвал, Кирилл-Удав остался сторожить вход. Действия обычные в таких условиях.

И тут прилетел неожиданный сюрприз, ухнуло оглушительно, кирпичи слева от входа, в двух шагах от Кирилла, вставшего за углом возле лестници в подвал, разлетелись в пыль, расширив дверной проём на полметра, остатки двери унесло в разные стороны ударной волной, которая свалила и Кирилла. Его понесло вниз в подвал. Чудо, что бронежилетом зацепился за перила и не ухнул в темноту.

Прибежавший с фонариком Моджахед, помогая подняться, спросил:

– Ты как? Не ранен?

Что спрашивают, Кирилл понял только по движениям губ друга, в ушах от взрыва стоял бухающий звон. Напрягая связки, рявкнул почти не слыша что кричит:

– Норма!

Для убедительности поднял вверх большой палец.

Но сомневающийся Моджахед не поверил, стал осматривать со всех сторон, просвечивая оседающий пыльный туман своим мощным фонариком. Потом что-то одобрительное промычал и хлопнул по спине. То есть, будешь живым, повреждений нет.

Рабочая, небронированная ГАЗель для эвакуации стояла спрятанной за домом, и Кирилл с Лёхой, закинув автоматы за спину, почти бегом потащили женщин огибать дом и садиться в машину. Забравшись в кузов, одна из них, старшая, вдруг охнула:

– Батюшки! Воду-то оставили… Забыла бутылку там, на столе…

Вода у них, сидящих долгое время без удобств самая большая ценность. И Моджахед, продолжая размещать спасаемых в машине, кивнул Кириллу на лежащий на сиденье фонарь. Типа: сходи, словами их не успокоить!

Поддерживали друг друга бойцы всегда, и Кирилл , без обсуждения, взяв фонарь, двинулся обратно к дому.

Пережидать, будет ли обстрел, времени не было, и Кирилл, решив преодолеть дистанцию по возможности быстро , всё-таки подошёл к углу и выглянул, прислушался. Уши не успели отойти от последствий взрыва, поэтому он ничего не услыхал и, пригнувшись, бросился вперёд, к первому подъезду с разнесённым накануне входом.

Кинулся. Но сделал это неудачно, через шаг нога провалилась в выемку, другая зацепилась за кусок стены и, продолжая двигаться, но потеряв опору, Удав растянулся, звонко стукнувшись каской в горку обломков. И тут снова ухнуло! Привычно прижался к земле, пережидая град осколков. Потом вскочил, рванулся ещё раз, и, перепрыгнув свежую воронку перед грудой камней за которой спасался, заскочил в подъезд. Это было второе сказочное везение. Снова ни одного осколка, спасла кирпичная горка и необычайно удачное падение.

С помощью фонарика Кирилл нашёл в подвале стол, заваленный осыпавшейся штукатуркой последнего обстрела, отыскал упавшую со стола большую пятилитровую бутыль, полную мутной воды, и кинулся обратно. Выбежав за угол дома, столкнулся с бежавшим навстречу другом Лёхой.

Тот, зафиксировав как после ухода Удава за угол, там раздался взрыв, тут же сорвался и побежал спасать. Был поражён, встретив Удав живым и снова невредимым.