Словарь Сатаны

Уже скоро, в 2006-м году, исполнится сто лет со дня выхода в свет первого книжного издания «Словаря Сатаны» («The Devil's Dictionary»). Правда, в те времена книга называлась иначе – «Лексикон циника». Дело в том, что статьи из своего «Словаря – Лексикона» Бирс начал печатать задолго до выхода книги, преимущественно в сан-францискской «Икзэминер», причем именно под заглавием «Словарь Сатаны». Но это Бирс почитал «мистера Сатану» своим школьным приятелем, а многим из читателей такой автор во влиятельной газете показался неуместным. Вот и пришлось заменить название, которое потом перешло с газетной полосы на книжную обложку. Правда, уже во втором, дополненном издании Сатана восторжествовал.

Мне показалось нецелесообразным менять уже знакомое русским читателям название книги – «Словарь Сатаны» – на какое либо другое, «Лексикон Дьявола», например. Спешу оговориться: это все, что осталось в книге от прежних переводов. Ваш покорный переводчик если и обращался к ним, то лишь затем, чтобы не повториться. Не хочу сказать, что они нехороши – сам чуть не с детства знал их наизусть. А вот что неполны – это уж точно. Состав публикаций был небольшим и, уж конечно, на книгу его не хватало. Кроме того, многие статьи были урезаны, а стихов не было вовсе. Мне трудно судить, почему некоторые статьи были купированы переводчиками, но почему их купировала тогдашняя наша цензура – понятно вполне. Вы, конечно, тоже легко это поймете. Как бы то ни было, вы сейчас держите в руках наиболее полное издание «Словаря Сатаны» на русском языке.

Но пришла пора рассказать – хоть немного – и о самом «Словаре». Всего в нем содержится 998 определений. Почему не 1000? Спросите мистера Бирса, а еще вернее – Сатану. При этом многие статьи (более двухсот) Бирс уснастил стихотворными иллюстрациями. О стихах тоже следует сказать несколько слов. Пусть вас не вводят в заблуждение ссылки на авторов: почти весь их сонм вымышлен Бирсом. Один из таких «соавторов» – преподобный поэт Гассаласка Джейп (Г. Дж.), «цитируемый» в «Словаре» весьма и весьма обильно. Столь обильно, что у меня, например, пока я работал над переводом, сложился этакий умозрительный портрет. Надеюсь, что и вы сможете «увидеть» его таким образом.

Иногда статьи «Словаря» состоят всего из двух слов – толкуемого и толкующего, но порой занимают целую страницу, а то и несколько. Само собой, Бирс старается сохранить, как говаривали раньше, «сериозность», неотъемлемо присущую всем словарям. Правда, почитав «Словарь Сатаны», начинаешь подумывать, что во многих и многих словарях только эта «сериозность» и есть. Говоря о своем «Словаре», Бирс адресовал его «тем просвещенным душам, которые предпочитают сухие вина сладким, чувства сантиментам, остроумие юмору и правильный английский язык жаргону».

Те времена, в которые творил Бирс, – это последняя треть XIX-го века и начало XX-го – американцы называют «the Gilded Age», что означает «Позолоченный век». Почему «позолоченный»? Наверное, потому, что Золотым его не решился бы назвать даже самый отчаянный оптимист и ура-патриот, даже если бы на него надели розовые очки. Это было время небывалого прежде казнокрадства, рекордных финансовых афер и почти всеобщей коррупции. (Кто хочет увидеть слабое подобие этого катаклизма, накрывшего все Соединенные Штаты, пусть выглянет в окно.) И в центре этого торнадо долгое время обретался Амброз Бирс. Не в том, конечно, смысле, что тащил из казны и брал взятки. Я имею в виду, что он стал предтечей так называемых «разгребателей грязи» – журналистов, которые докапывались до самых корней той или иной аферы и оглашали результаты своих расследований невзирая на лица. А лица, точнее сказать, персоны бывали весьма важные. Что до Бирса, то он в еще 1896 году выступил общественным обвинителем на процессе У. Хантингтона, растратившего и расхитившего многие миллионы долларов, выделенные для строительства Тихоокеанской железной дороги.

Понятно, из-за чего Бирс стал таким едким. Впрочем, сатирик и не должен быть сладким. Он буквально во всяком явлении прозревал изнанку и отлично знал, что из тонны золотоносной породы редко намоешь хотя бы фунт золота, И о том, что ослепительный блеск – свойство не чистого золота, а именно позолоты. В 1897 году он переехал в Вашингтон, и это тоже не прибавило ему оптимизма. По «Словарю» видно, чего он там насмотрелся. Политиков он видывал и раньше, а вот теперь сподобился положить на предметное стекло и столичных. Кстати, когда вам встретится в «Словаре» Тедди или Тео, знайте, что имеется в виду Теодор Рузвельт, 26-й президент США, которого Бирс тоже не шибко жаловал.