Сломанные вещи

Lauren Oliver

BROKEN THINGS

До того, как мы превратились в чудовищ с Брикхаус-лейн.

До того, как все от Калифорнии до Коннектикута узнали нас под этим страшным прозвищем и в блогах появились наши лица, а поиск наших имен привел к сайтам, которые обрушились из-за невероятного трафика, мы были обыкновенными девочками, и нас было только две.

Наши дни

Пять лет назад, когда мне только исполнилось тринадцать лет, я убила лучшую подругу.

Я погналась за ней и ударила ее по голове камнем. Затем я выволокла тело из леса в поле и положила его в центре круга из камней, которые разложила заранее вместе с другой моей подругой, Мией. Затем мы вонзили в плоть нож, два раза в горло и пять раз в грудь. Миа собиралась облить тело бензином и поджечь, но что-то пошло не так, и вместо этого мы сбежали.

Вот как все узнали, что виновны именно мы: более или менее точно мы описали наше преступление в фанфике к книге, которой были одержимы и которая называлась «Путь в Лавлорн».

После этого Миа и я разошлись. Она пошла домой и продремала весь вечер перед телевизором, даже не потрудившись отстирать свои джинсовые шорты от пропитавшего их бензина. Я же повела себя осторожно. Я отнесла свои вещи в местную прачечную, поскольку в доме не было стиральной машины. Но полиции все равно удалось найти остатки крови на моей футболке, правда, не Саммер, а животного, поскольку до убийства мы ножом совершили ритуальное жертвоприношение кота, тело которого впоследствии нашли на том же поле.

Оуэн Уолдмэн, предполагаемый бойфренд Саммер, после убийства исчез и вернулся только через сутки, после чего заявил, что ничего о случившемся не знает. Он так и не объяснил, где пропадал.

Ясное дело, он лгал. Это он все придумал. Он ревновал, поскольку Саммер проводила время с парнями постарше, такими, как Джейк Гински, игрок школьной команды по американскому футболу. В тот год Саммер стремительно начала взрослеть, опередив всех нас и поменяв правила игры.

Возможно, мы все ей немного завидовали.

Я набросилась на Саммер, когда она попыталась убежать, ударила ее по голове камнем, а потом отволокла обратно к Мие, чтобы мы могли по очереди наносить ей удары ножом. Канистру с бензином принес Оуэн, и именно он оказался настолько туп, что не догадался избавиться от нее после того, как мы совершили преступление. Она была найдена позже возле гаража, за газонокосилкой отца Оуэна.

Оуэн, Миа и я, Бринн.

Чудовища с Брикхаус-лейн.

Дети-убийцы.

По крайней мере, так рассказывают эту историю все остальные, и она повторилась уже столько раз и столькими людьми, что превратилась в общеизвестный факт. И никому нет дела до того, что обвинение против Мии и меня даже не вышло за пределы суда по семейным делам. Как копы ни старались, они не смогли выкрутить улики так, чтобы свести концы с концами. Ну и половина информации, которую мы им рассказали, была получена незаконно, поскольку нам так и не зачитали наши права. Не важно также и то, что в уголовном суде Оуэна оправдали – он был признан невиновным и отпущен на все четыре стороны.

И никому нет дела до того, что мы этого не совершали.

Наше время