Слишком крута для тебя…

Солнечное июльское утро в редакции самого популярного мужского журнала страны не задалось. Генеральный директор, Евгений Петрович Мухарин, или просто Муха, как его называли за глаза, пребывал в зловещей ярости, едва завидев экземпляр нового выпуска.

— Нахалка… — прорычал Мухарин в который раз.

В этот момент сработал селектор и послышался мелодичный голос секретарши Анечки.

— Евгений Петрович, к вам Ковалев Максим Александрович.

— Впусти, — рявкнул Мухарин.

Однако, не дождавшись, пока Ковалев войдет, открыл дверь кабинета, приглашая войти. Как-никак друг детства пожаловал. В одном дворе росли, в футбол вместе играли. Только Мухарин поступил на журфак и о спорте забыл, а Ковалев сделал карьеру футболиста. Одиннадцать лет отыграл за английский футбольный клуб и вот уже три года играет за киевский «Динамо».

Мухарин поджал губы и нетерпеливо затоптался на месте, наблюдая за другом.

Вот так всегда. Стоит Ковалеву переступить порог какой-нибудь организации — вся женская половина персонала тут как тут.

И немудрено! Ковалев был высоким, атлетически сложенным мужчиной. Черные волосы коротко отстрижены и не скрывают по-мужски красивые черты лица: выразительные зеленые глаза, прямой нос, твердый подбородок. Движения тела пластичные, порой даже ленивые. И, главное, было в нем что-то манящее, притягательное.

Максим заговорщицки подмигнул стоящей рядом Анечке и, наконец, прошествовал к Мухарину.

Обменявшись привычным рукопожатием, мужчины вошли в кабинет и плотно прикрыли двери.

Женька сел во главе стола, обхватив голову обеими руками. Ковалев рассмеялся, наблюдая такую картину.

— Что так? — беззаботно спросил он. Муха поднял голову и зло швырнул ему глянцевый журнал.

— Вот, полюбуйся — новый номер. Только из печати. А там… — он зло стукнул кулаком по столу.

Ковалев наметанным взглядом оценил полуголую девицу на обложке.

«Хорошенькая. И грудь ничего!»

Затем взгляд переместился на знакомую алую надпись: «МАЧО». Ну, все как обычно.

— Мы в полной ж*пе! — сокрушался дальше Женька. — Ты статью на 61-й странице почитай.

Муха вскочил и заходил нервными шагами по кабинету из угла в угол. Макс следил за его переживаниями удивленным взглядом.

Затем Женька снова остановился возле стола и ринулся к селектору.

— Анечка, Доминская ещё не пришла? — прокричал он.

— Нет, Евгений Петрович и телефон не отвечает.

— Как только явиться — сразу ко мне, — пробасил Муха.

Максим тем временем открыл пресловутую скандальную страницу. В глаза сразу бросился заголовок «Правда жизни или интерпретация любви!»

Статья была небольшой и занимала лишь левую страницу глянца. На правой же стороне размещалась черно-белая картинка, на которой был изображен обнаженный по пояс мужчина. Он стоял на коленях, руками опираясь об воображаемую траву. А на голове красовались большие козлиные рога. Не хватало только облачка возле рта с надписью: «Бее!»

— Да уж, на лицо дискриминация, — пробурчал Ковалев.

— Хммм… ты статью почитай, — перебил Женька.

Ковалев неохотно, даже лениво, погрузился в чтение.