Слишком хорошо, чтобы быть ложью (1)

Кафе, в котором я обыкновенно завтракал, находилось в двадцати минутах езды от моего дома. Это было маленькое и тихое место, которое, несмотря ни на что, пользовалось невероятной популярностью и в нашем районе, и среди проезжавших тут людей.

Самой замечательной вещью в кафе был старый музыкальный автомат – из тех, в которые нужно бросать монетки. Бывший хозяин ресторана и его основатель неизвестно откуда достал это чудо, и теперь автомат пробуждал ностальгию у старших посетителей. Те, кто был помладше, смотрели на автомат как на что-то диковинное, будто привезённое на машине времени из того периода, когда виниловые пластинки ещё не стали пережитком прошлого.

Новый хозяин постарался придать помещению современный вид. Плакатов популярных исполнителей шестидесятых, семидесятых и восьмидесятых годов стало заметно меньше по сравнению со странноватыми картинами, принадлежавшими перу малоизвестных постмодернистов и фотографиями голливудских знаменитостей. Но убрать автомат никто не решился. Он с прежним величием занимал своё место в углу.

В кафе подавали завтрак, лёгкий обед и много разных мелочей, которыми можно было полакомиться в перерывах между трапезами, вроде мороженого или пиццы.

Рабочий персонал кафе – от официантов до шеф-повара – состоял из милых и улыбчивых людей. Это придавало и без того приятной обстановке тёплый домашний уют. В общем, было много причин тому, что кафе являлось самым популярным заведением этого типа в округе.

Я занял своё обычное место за столиком в углу, рядом с каким-то экзотическим растением в деревянной кадке. Со стен на меня смотрели две знаменитости – Пол Маккартни и Николас Кейдж. Отличные соседи, не так ли?

Ко мне подошла Дженни, одна из официанток.

– Какие люди. Доброе утро, – заговорила она, с любопытством меня оглядывая. – Я давно тебя не видела. Как ты? Мои соболезнования по поводу мамы… мы все волновались за тебя и отца…

– Жизнь продолжается, даже если мы думаем по-другому. – Я помолчал и добавил: – Ты отлично выглядишь.

Щёки Дженни покрылись румянцем, и на лице её мелькнуло выражение какого-то фальшивого кокетства.

Я едва удержался от того, чтобы сморщить нос в гримасе отвращения.

– Спасибо, мне очень приятно это слышать. Сегодня ты один?

Я бросил взгляд на наручные часы.

– Бен опаздывает. Странно. Значит, что-то действительно серьёзное. Принеси мне кофе. Позавтракаю потом.

Когда Джейн принесла мне кофе, я сделал пару глотков, окончательно прогоняя холод, закурил и стал разглядывать одну из посетительниц. Это занятие уже в какой-то мере стало утренней традицией.

Эту женщину я заметил в кафе давно – и видел её каждый раз, появляясь тут с утра.

Она сидела за столиком у окна, в профиль ко мне. У неё были пышные рыжие волосы, которые она никогда не заплетала, и огромные зелёные глаза. Незнакомка не была очень высокой, она двигалась необычайно изящно и имела такую осанку, которой могут похвастаться разве что индийские танцовщицы.

Она слово не замечала устремлённых на неё мужских взглядов и, о чём-то размышляя, ела фруктовый салат – это был её традиционный заказ.

Сегодня женщина была одета в длинную тёмно-серую юбку, не облегающую, но и не скрывавшую достоинств её фигуры (которыми она определённо обладала), длинный жакет такого же цвета и белую рубашку с довольно-таки откровенным декольте.

Обута она была в чёрные сапоги на высокой шпильке, которые ничуть не стесняли её движений и не портили её походки. К украшениям таинственная леди была, по всей видимости, равнодушна, так как почти всегда она носила одно и то же: золотую цепочку с кулоном странной формы и серьги из того же металла. На стуле висела небольшая чёрная сумочка, а на столе рядом с книгой лежал крошечный сотовый телефон.

На лице женщины не было ни грамма косметики. Видимо, она понимала, что это будет явно лишним и инстинктивно, по-женски, чувствовала, что подобная неестественность может отпугнуть.

Она ведьма, думал я. Каждый раз я, взглянув на неё, только усилием воли мог отвести глаза. Так смотрят на что-то, что одновременно и красиво, и отталкивающе.

В ней было что-то невыразимо пошлое: в изящном изгибе скул, в задумчивой улыбке, неизменно мелькавшей на её губах. И в глазах. Её глаза казались мне глубоким колодцем. В какой-то момент чёрная бездна становится тёмно-зелёной. И смотреть в эти глаза нельзя. Иначе какая-то неведомая сила заставит тебя прыгнуть вниз. И пути назад нет. Ты никогда не выберешься на волю. Ты можешь лишь упасть ещё глубже.

Тем временем женщина заказала кофе. В ожидании заказа она почистила свой мундштук, вещь, по всей видимости, очень дорогую, достала сигарету из пачки лёгких "Marlboro", и через несколько секунд уже курила, думая о своём.

Ей надо носить паранджу, подумал я.

Вдруг женщина повернула голову и посмотрела на меня. Я попытался отвести глаза – но не тут-то было. Женщина смотрела на меня спокойно и немного изучающее, не выпуская из пальцев мундштука.