След огненной жизни. Мессенские войны

Мидийскому царю Астиагу приснился сон, который сильно смутил его. Ему снилось, что дочь его Мандана разлилась рекой и затопила не только его город Экбатаны, но и всю Азию.

Астиаг позвал к себе жрецов — толкователей сновидений. Все жрецы в Мидии происходили из племени магов. Это было маленькое племя, затерянное среди других племен. Не каждый маг был жрецом. Но каждый жрец обязательно был магом.

При дворе мидийских царей жрецы-маги совершали религиозные обряды, приносили жертвы богам; предсказывали будущее.

Маги долго обсуждали этот сон, прикидывали и так и эдак. И, наконец, сказали царю:

— Сон твой — вещий. А предвещает он тебе, царь, вот что: у твоей дочери Манданы родится сын, который завладеет и Мидией, и всей Азией.

Астиаг встревожился. В те давние времена люди всерьез верили снам. Они считали, что это боги посылают им предупреждение.

Мысль о том, что внук может отнять у него царскую власть, Астиагу была нестерпимой. Его отец Киаксар царствовал целых сорок лет, и Астиаг был уже не молод, когда смог наконец назвать себя царем.

В тумане прошедших веков, когда только легенды и неверная человеческая память хранят дела и события давних лет, трудно разглядеть начало рода мидийских царей.

Сохранилось предание о Дейоке, умном и предприимчивом старейшине одного из мидийских поселений.

Городов тогда не было в Мидии. Земледельцы, пастухи-скотоводы, ремесленники — все они жили в деревнях, в долинах рек, по склонам хребта Эльбурса и горной гряды Кухруд… По всей Мидии были разбросаны маленькие независимые государства. Правителя такого государства называли царем. Правил этот царь не единолично, дела решали, кроме него, и совет старейшин, и народные собрания. Нередко у этих царей были крепости из сырцового кирпича, которые чаще всего стояли на скалистых уступах гор…

Как же стал царем Дейок?

Вот что знал об этом решающем для его рода событии Астиаг.

В стране в те годы не было порядка. Законы были неустойчивы, и никто им не повиновался. Сильный обижал слабого. Судьи часто судили неправедно, и жаловаться на них было некому.

Кроме того, с гор от времени до времени спускались разбойничьи племена, вооруженные дротиками и стрелами, разоряли беззащитные деревни, грабили, угоняли скот, губили сады. И некому было наказать их.

В одной из мидийских деревень, в предгорье, жил со своей семьей Дейок. У Дейока была добрая слава. Говорили, что он справедлив, что он не боится выступить против сильного и богатого; если этот сильный и богатый неправ. И чем больше беззаконий и несправедливостей творилось вокруг, тем строже Дейок соблюдал законы и защищал справедливость. Поэтому жители деревни выбрали Дейока себе в судьи.

Люди шли к Дейоку со всеми своими делами и обидами. Одного обидел сосед; другого ограбили на дороге; у третьего угнали скот ц отказываются вернуть; четвертый жалуется, что вытоптали его поле; пятый требует возмездия за убийство его родственника…

Дейок судил строго и беспристрастно. Никто не мог сказать, что он хоть раз решил дело в пользу своего друга, если друг был неправ. Дейока нельзя было подкупить, а угроз он не боялся. И молва о справедливом судье шла все дальше и дальше по стране.

Но никто не знал, какие замыслы носит Дейок в своем честолюбивом сердце, никто не подозревал, какая неистовая жажда власти таится в нем. Дейок умел скрывать это, умел молчать, умел издать. А ведь, как известно, побеждает тот. кто умеет ждать.

Наконец настало время, когда Дейок понял, что наступил его долгожданный час. И он приступил к тому, что задумал.

Как всегда, люди пришли к нему с жалобами. Пришли издалека — пастухи с гор, земледельцы из равнинных областей…

К их удивлению, Дейок не вышел и не сел на площади, как это делал всегда.

— Я больше не могу заниматься вашими делами в ущерб своим собственным, — сказал он. — Сколько времени я трачу на вас! А кто за меня уберет ячмень в поле? Ведь он уже созрел. Да и дома дел хватает. Довольно. Обходитесь без меня.

И ушел в свою хижину, захлопнув дверь. Мидяне были огорчены и взволнованы. Они снова и снова приходили к Дейоку. А Дейок снова и снова отказывался разбирать их жалобы.

Тогда мидяне со всей округи собрались на большое собрание, чтобы обсудить свои дела. И после долгих споров пришли вот к чему:

— При теперешних порядках мы больше не можем жить. Поэтому поставим над собой царя. Тогда у нас будет твердая власть, твердые законы. И мы спокойно займемся нашими делами.

Но кого же поставить царем?

Конечно, Дейока!

Все сложилось так, как хотел Дейок. Друзья, с которыми он тайно договорился, помогли ему. Они еще раньше исподволь убеждали всех, что Дейок самый достойный человек, а потом кричали об этом на собрании, доказывали это в своих горячих речах. И Дейок стал царем округи, как и многие маленькие мидийские цари.