СЛАВЯНСКАЯ КНИГА МЕРТВЫХ

1. Плоть наша состоит из четырёх стихий: земли, воды, огня и воздуха. Земля в нас — все кости («камни белые»), мышцы, и всякое плотное вещество в теле. Вода — все жидкости. Огонь — внутренний жар, помогающий пищеварению и некоторым другим деяниям, совершающимся внутри тела. Воздух же — дыхание: вдох Живы (ярь) и выдох Мары (марь). Когда эти четыре стихии в нашем теле пребывают в ладу друг с другом, мы здоровы; когда же их равновесие нарушается за счёт ослабления или увеличения силы одной из стихий, мы недужим.

2. Смерть есть, прежде всего, разъединение. Когда мы начинаем умирать — отделяться от своей плоти — сначала отделяется стихия земли, лишая умирающего возможности двигаться самостоятельно. Ослабление земли порождает в сознании умирающего морочные видения воды. Так, например, человеку кажется, будто он находится посреди Окиян-моря, либо что по стенам и полу его дома течёт вода, хотя никакой воды на самом деле вокруг него нет. Когда отделяется стихия воды, у умирающего пересыхают губы и в его восприятии начинает преобладать огонь, который может проявляться в морочном видении дыма, пожара и т. п. Когда огонь уходит, его место занимает воздух.

Тогда человеку кажется, будто дует ветер, и окружающее пространство наполнено чем-то вроде маленьких искр, вслед за которыми приходит тьма. В тот самый миг, когда воздух окончательно оставляет умирающего, человек перестаёт дышать и его плотское сердце останавливается.

3. После того, как стихии разъединились, и душа умирающего отделилась от плоти, человек переходит из мира Яви на Кромку — мир Сновидений, разделяющий собой Явь и Навь. При этом происходит разрыв нити Макоши (Велесовой, или «серебряной» нити), соединяющей душу и тело при жизни в Яви. Переход в Иной мир сопровождается ощущением полёта (взлёта или падения) по узкому проходу сквозь тьму и особым жужжащим звуком, подобным гулу, издаваемому пчелиным роем.

4. Как правило, оказавшийся на Кромке видит всё окружающее обычным образом, будто он по- прежнему пребывает в Яви, поэтому многие умершие на этой стадии поначалу не верят, что они уже умерли. Но вскоре они начинают замечать, что видимый мир несколько необычно освещён, что они не могут ни до чего дотронуться, и что живые люди вокруг почему-то их не замечают. Тако же ими обнаруживается, что они могут мгновенно переноситься в места, где когда-то были, видеть людей, с которыми когда-то общались, и видеть всё окружающее с потрясающей чёткостью, будто их зрение (в той или иной степени ослабевшее за годы жизни) вдруг стало совершенным.

5. Места, с которыми умерший был связан при жизни, как правило, привлекают его в первую очередь. Душа, разделённая с телом, в течение некоторого времени после смерти ходит — «прощается», как говорят в народе, со своим домом, с местами и людьми, ставшими почему-либо дорогими ей при жизни в Яви. Люди, умершие неестественной смертью (так называемые «заложные» покойники, чья жизнь в Яви была прервана насильственным образом), могут пребывать в этом состоянии намного дольше, нежели те, кто умер естественным образом и в положенный срок. Пребывание души на Кромке может длиться от нескольких мгновений до многих лет, в зависимости от внутреннего состояния умершего.

6. Но рано или поздно приходит срок, и душа переходит по Калинову мосту через реку Смородину в Навь — на Велесовы луга. На мосту душу встречает Вещий Страж в Светящемся обличье и заставляет её за считанные мгновения вспомнить всю свою земную жизнь, вплоть до мельчайших подробностей, которые человек по каким-либо причинам старался забыть. Вещий Страж никого не осуждает и не укоряет, ибо зрит Собь[1] — Божеское Присутствие в каждой душе без исключения. Вещий — само воплощение безграничной Любви Вседержителя Рода ко всем Своим чадам, как искушённым в Духовном Ведании, так и вовсе несведущим в нём. Поэтому, видя Свет Вещего, душа каждого существа стремится к Нему навстречу, как домой.

7. Речено мудрыми: «Велесова (Закрадного) Суда никому не избегнута». Ибо, хотя сам Вещий Страж далёк от какого бы то ни было осуждения предстающих пред ним душ, неумолимые Законы Всемирья таковы, что каждая душа получает в посмертии то, что соответствует её внутренней природе — ни больше и ни меньше. Это её состояние можно сравнить со сном, в котором все заключённые в душе чувства воплощаются вовне в виде зримых образов, как благих, так и ужасных. Так, например, если основными чувствами, развитыми душой на протяжении её земной жизни, были гнев, злоба и ненависть, в посмертии она будет обречена на видение ужасных «снов», которые приведут её в трепет и смятенье. Если же душа развила в себе благие качества, такие как любовь, доброта и сострадание, её «сны» будут мирными и добрыми.