Славянские «полицаи»

На очередном застолье коллаборационистов заместитель начальника полиции Сапычской волости Погарского района Брянской области Раскин Иван сказал интересный тост, после которого у гостей отвисли челюсти:

Коллаборационисты-полицейские были одними из самых презираемых типов коллаборационистов в народе, особенно у русских, украинцев и белорусов, и тому были свои причины…

Полиция, набранная из советских коллаборационистов, составляла почти 1/3 от всех советских коллаборационистов и составляла одну из трёх основных категорий. Другая категория — «добровольные помощники» («хиви») в подавляющем большинстве были безмолвными рабочими, поварами, конюхами, подсобным персоналом, высвобождающими немецкий вспомогательным персонал для передовой. «Хиви» вырывались из концлагерей военнопленных, основная масса их просто желала выжить. Последняя категория состояла из коллаборационистов-солдат: т. н. «восточных войск», «восточных легионов», подразделений «на службе войск СС» и др. Эти господа, как освобождались из голодных концлагерей, так и набирались на добровольной основе. Вклад коллаборационистов-солдат был более существенный, чем «хиви». Среди них можно были найти и «идейных» коллаборационистов — врагов коммунизма или чаще русской (славянской) нации.

Хотя последняя категория также привлекалась к антипартизанским акциям, особая ненависть обрушилась именно на коллаборационистов-полицейских, которых в народе презрительно звали «полицаями».

Для охраны оккупированных территорий Советского Союза в зоне действия армии использовались т. н. «охранные дивизии вермахта» (Sicherungs Division), более мелкие охранные подразделения вермахта, военная полиция, а в зоне гражданской администрации — немецкая полиция, включая целые батальоны, подчиняющиеся местному «фюреру полиции и СС». Одновременно, в зоне действия армии действовали т. н. айнзатцгруппы СС, которые вступали в населённые пункты и «по горячим следам» уничтожали евреев, коммунистов, интеллигенцию и прочих «нежелательных», т. е. уничтожали потенциальных противников западной цивилизации. По ходу войны для усмирения территорий от «банд и коммунистических парашютистов» (т. е. партизан) приходилось зачастую использовать регулярные подразделения, и даже иногда части люфтваффе тренировались бомбометанию по партизанам и мирным жителям, не имевшим оружия ПВО. Использовались также союзники Рейха, например, слабые для противостояния обстрелянным советским войскам венгры.

После немецких солдат-фронтовиков, которым перед вторжением зачитали приказ о том, что за любые преступления против мирных жителей им ничего не грозит, в городах появлялась немецкая полиция, подчиняющаяся фюреру полиции и СС. Полиция начинала творить безобразные вещи:

Так, за войсковыми подразделениями, немного пограбившими для проформу, в Белосток вошёл 309-й полицейский батальон немецкой полиции.

«Для начала солдаты батальона разграбили попавшиеся им на пути винные магазины; особенно в этом отличилась 2-я рота, одним из взводов которой командовал Пипо Шнейдер. Когда магазины со спиртным были опустошены, от командира батальона майора Эрнста Вайса поступил приказ собрать проживавших в городе евреев.

Взвод Шнейдера отправился на поиски; развлечения ради командир взвода застрелил пятерых схваченных евреев. Его подчиненные постарались не отставать. «То, что началось погромом, закончилось повальными расстрелами евреев Белостока. В городском парке евреев расстреливали группами. Стрельба на улицах города не утихала до поздней ночи. Оставшихся в живых загоняли прикладами карабинов в центральную синагогу Белостока до тех пор, пока она не оказалась, наконец, битком набита беззащитными горожанами. Запуганные евреи стали петь и молиться… В синагоге находилось более 700 мужчин-евреев. С помощью бензина здание синагоги мгновенно запылало как факел, со всех сторон, а в окна полетели гранаты». Выбегавших расстреливали.