Сладость обольщения

— Великолепно! — заявил Джейк Престон, долговязый руководитель съемочной группы, когда был просмотрен последний из шести роликов, рекламирующих духи Фавориси. — Ты станешь изюминкой месяца, когда директора фирмы увидят завтра этот маленький сериал!

— Хотелось бы, — натянуто улыбнулась Челси, надеясь, что никто не заметил ее рассеянности.

Трудно сосредоточиться на чем-нибудь, когда кипишь от гнева. Пожалуй, впервые в жизни она чувствовала себя настолько беспомощной.

Включение первоклассной косметической фирмы Фавориси в список клиентов рекламного агентства «Три А» стало главным козырем в ее карьере, признанием ее энергии, честолюбия и преданности делу.

Умение выходить из любого положения при заключении контрактов, соблюдать сроки, обговаривать условия, спорить, не допускать нарушения финансовой дисциплины, изучать спрос, привлекать новых клиентов — все эти «мелочи» не принимались во внимание, когда дело доходило до подведения итогов. Но именно об этом едва ли не с зубовным скрежетом думала Челси и буквально подпрыгнула, когда секретарша просунула голову в дверь маленького просмотрового зала.

— Мисс Вайнер, шеф просит вас к телефону.

— Я возьму трубку в приемной.

Челси не захотела вернуться в свой кабинет, так как он примыкал к кабинету Майлза Робартеса, а ей казалось, что если она снова увидит его, то просто убьет. Она с трудом могла заставить себя даже говорить с ним.

— Если хочешь, можешь идти домой, — услышала она его голос и удивилась, почему только сегодня она заметила эту вкрадчивую интонацию. — Не забудь: я хочу, чтобы сегодня вечером на приеме у «Райдер-Джем» ты выглядела превосходно. Будет присутствовать глава компании, а он единственный владелец и председатель правления этой организации…

— Пустая трата времени, — с раздражением прервала его Челси. Она уже говорила ему об этом пару дней назад, когда он впервые объявил, что они приглашены на прием по случаю представления новой «Манхэттенской» коллекции изысканных и, несомненно, сказочно дорогих ювелирных украшений. Ее рука, державшая телефонную трубку, напряглась и побелела.

Ей совсем не хотелось быть рядом с Майлзом, пока она не решит, как ей ответить на отвратительное предложение, которое он ей сделал сегодня днем.

— Нет, это не пустая трата времени, — брюзгливо парировал Майлз. — «Райдер-Джем» сам занимается рекламой, но ходят слухи, что ожидаются увольнения руководящего состава этого отдела. Обязательно возникнут затруднения. Я подозреваю, что вся их реклама рухнет, и весьма вероятно, что совет директоров решит закрыть этот отдел и поискать независимое агентство. А если это так, то я хочу, чтобы «Три А» оказалось у нас под рукой. К тому же я из кожи вон лез, чтобы получить приглашение.

Если он прав, а это возможно, тогда их появление на этом приеме имело бы смысл. И хотя менее всего ей хотелось провести предстоящий вечер со своим непосредственным начальником, она знала, что ей придется согласиться, так как она не могла допустить, чтобы он хоть в чем-то был недоволен ею.

— Мы могли бы потом поужинать, — продолжал он уж слишком спокойно и уверенно, — и обсудить мое предложение, не так ли? Это было бы чудесно. Я заеду за тобой в половине седьмого.

Она услышала, как он облизал губы, и от омерзения ее чуть не стошнило.

— В этом нет необходимости. Я сама доберусь, и мы встретимся на месте, — холодно, но вежливо сказала Челси и с силой опустила трубку на рычаг.

Забирая свой портфель из просмотрового зала, она подумала, что ее вполне устроит уйти пораньше, как предложил Майлз, тем более что она была просто в ярости и не могла ни на чем сосредоточиться. В свободное же время она будет предоставлена сама себе и сможет решить, как лучше отвертеться от оскорбительного предложения Майлза Робартеса и все же не настроить его против себя, такой роскоши она не могла себе позволить, как бы ни хотела.

Июньское солнце отражалось от лондонских мостовых. Она вышла из стеклянно-стального небоскреба, где «Три А» занимало два этажа, и за десять минут дошла до нового жилого массива в районе доков. Это было сравнительно тихое место на берегу реки, правда, в густонаселенном центре города.

Чтобы дойти от работы до дома, Челси тратила не много времени — она была высокой и шагала широко, хоть и была в узкой юбке и туфлях на шпильках, а гнев и раздражение, охватившие ее, делали ее походку еще стремительней.

Ее шелковистые черные волосы были зачесаны со лба назад и собраны в аккуратный пучок на затылке. На бледной коже лба выступили капельки пота, и Челси казалось, будто напряжен каждый мускул ее поджарой стройной фигуры.