Сквозь время

Оксана остановилась на перроне и молча смотрела, как, издавая гулкий пе-чальный звук, поезд остановился, и из него плавной чередой начали выходить лю-ди. Оксана плотнее закуталась в короткую дубленку, а светлые волосы взметнулись от резкого порыва ветра.

Последним из седьмого вагона вышел молодой человек в черной кожаной куртке. Остановившись на перроне, он быстро посмотрел по сторонам и уверенно направился к Оксане.

— Привет, — сказал он, остановившись напротив нее.

Оксана чуть склонила голову набок, от чего ее пышные волосы разлетелись по плечам, и окинула внимательным взглядом его высокую худощавую фигуру и темно-каштановые волосы… Неужели это действительно он — тот, о существовании которого она впервые узнала всего три дня назад? Девушка подняла голову, и их взгляды встретились. Где-то далеко, в глубине его карих глаз, можно было заме-тить что-то, заставляющее отбросить прошедшие столетия, в течение которых они не виделись…

Стеллия со странной смесью грусти и восхищения широко раскрытыми гла-зами смотрела на заходящее солнце. Заход солнца… Великое светило скрывается за горизонтом, даруя на прощание свои последние ласковые лучи. А завтра оно пока-жется с другой стороны, яркое и прекрасное, согревая мир и словно желая ему пове-дать о том, что успело увидеть…

Стеллия не особенно любила закатные часы. В эти минуты все казалось слишком призрачным, таинственным и словно бы теряло свои очертания. Но она слишком дорожила тем, что у них называлось "общением с солнцем", и поэтому ве-черние и утренние купания стали для нее своеобразным ритуалом.

— Атланты любят Солнце, — с благоговением проговорила она и тряхнула голо-вой. Длинные, до самых пят, черные шелковистые волосы водопадом упали ей на плечи, скрыв лицо и руки за этим темным покрывалом. И лишь черные немигающие глаза слились с почти исчезнувшим за горизонтом диском солнца.

Стеллия, по меркам своего народа, была не очень высокой, ведь даже рост в два с половиной метра не был тогда редкостью. Правильные черты лица идеально подходили гладкой коже девушки необычного, на наш взгляд, медно-красного от-тенка, который был присущ всем атлантам того периода времени. Почти совершен-ные формы ее тела были скрыты за тончайшей, как паутина, тканью.

Девушка откинулась на песок и окинула взглядом темнеющее небо.

Минуту спустя Стеллия выпрямилась, грациозно поднялась на ноги и, при-близившись к берегу моря, вошла по щиколотку в воду. Она собиралась скинуть с себя одежды и полностью раствориться в окружающем мире, но что-то остановило ее, и девушка, все так же окутанная тканью, вошла в море по пояс. Она оглянулась назад, в сторону берега, и вгляделась в возвышающийся холм. Город Золотых Врат, столица Атлантиды… Атланты гордились им, и Стеллия не была исключением. Она искренне любила его, ведь он, к тому же, был ее родным городом. Его яркой густой полосой окружало полотно пышных лесов, вдали плескалось море, а сам город стоял на холме. На самой вершине — конечно, дворец и сад Императора, и через них про-текал поток, снабжавший водой дворец и фонтаны, а далее стекал в ров вокруг им-ператорской территории. Благодаря четырем каналам, вытекавшим изо рва и питав-шим кольцевые каналы, расположенные ниже, город делился на три концентриче-ских пояса. В самом верхнем поясе располагались правительственные учреждения, здание для иностранцев, общественные сады и беговое поле. Дома и храмы находи-лись на следующих двух поясах, а более бедная часть населения жила в нижнем поясе и у самого моря*.

Немного вздохнув, Стеллия, прикрыла глаза и, отдавшись во власть морских волн, вскоре уже плыла вдоль берега. Ей почему-то вспомнился отец, и девушка чуть улыбнулась краешками губ. Всегда такой серьезный, как строго он смотрит на нее сквозь полуопущенные веки! И о чем он только думает? Ино-гда ей становилось не по себе от его изучающего взгляда, впрочем, — не только ей. Китти, всегда такая уверенная в себе и иногда даже чересчур, сразу как-то сникала при его появлении. А

__________

* — "Космические легенды Востока"

один раз призналась ей, что она не может говорить спокойно в его присутст-вии. И

тем не менее его отчего-то нельзя было не уважать.