Скверное ремесло

Недавно я прочел переведенную с венгерского книгу «Команда Альфа», которая снабжена еще и подзаголовком: «Исповедь бывшего солдата войск специального назначения армии США».[1]

Прочесть ее меня подтолкнули строки предисловия, касающиеся личности автора: «Миклош Сабо родился в 1922 году. По специальности он механик. В 1955 году эмигрировал в Австрию. В течение двух лет жил в Вене, вращался среди контрреволюционных эмигрантов, возглавлял так называемое «Бюро по делам венгерских беженцев».

Значит, автор видел, знает то, о чем он написал. Значит, книга его не досужие вымыслы и домыслы, предназначение которых — леденить кровь читателей или хотя бы занимать, убивать их время, а рассказ о сущем, о действительном и потому неизмеримо более грозном, чем самые пылкие, но выдуманные живописания похождений диверсантов и сыщиков, лазутчиков и разведчиков.

Из предисловия же я узнал о том, что за пределами своих границ, в других странах, в которые им бы совсем незачем совать нос, США держат шесть групп «войск специального назначения», — в подразделении одной из них и состоял «герой» Миклоша Сабо; что каждая такая группа включает в себя до тысячи головорезов, готовых абсолютно на все и много чему тщательно обученных. среди которых свои подрывники-диверсанты, свои химики-отравители, террористы — физические и психологические, медики, радисты, мастера шумных и бесшумных убийств.

Не лишено интереса то, что до двадцати пяти процентов этих мерзавцев — беглецы из стран, как на Западе называют, Восточной Европы.

Автор книги шаг за шагом прослеживает путь такого наемника, путь, начатый бегством из родной страны якобы к свободе, а приведший изменника в одно из тайных формирований армии государства, которое стремится взять на себя полицейские функции во всем мире.

В главе «Подготовка профессиональных убийц» читаем:

Я читал все это, и что-то удивительно знакомое угадывалось меж строк книги Миклоша Сабо, что-то уже однажды встреченное — то ли виденное, то ли слышанное. Да, конечно, я видел подобное этому (точнее, это, нынешнее, подобно тому, вчерашнему) в музее бывшего гитлеровского лагеря уничтожения в польском городе Освенциме. Да, за два десятка лет до возникновения школ профессиональных убийц в системе воинских формирований армии США методику костоломства со всей научной основательностью разрабатывали немецкие нацисты — «орлы» Гиммлера и Кальтенбруннера. Перед глазами встает изощренно продуманная аппаратура смерти, на память человечеству сохраняемая ныне в Освенциме. Особенно же мне запомнилась фотография с одной нацистской физиономии; я долго простоял тогда у стенда, где под стеклом помещено это фото. В самом лице, которое я рассматривал, в общем-то ничего особенного и не было. Обычное, презауряднейшее человеческое лицо, без каких-либо впавших глаз, квадратных подбородков, приросших ушей, низких лбов. Лицо как лицо. Ни красивое, ни безобразное. Вполне нормальное. Никакой не вурдалак из старых страшных сказок, не тип, какие, по Ломброзо, должны бы с детства носить в себе начала преступности. Но в отличие от других людей, будучи блокфюрером в Освенциме, человек этот лично, своей собственной рукой, нажимая своим преобыкновеннейшим пальцем на гашетку парабеллума, застрелил 10 000 (десять тысяч) узников лагеря.

И совсем не случайно этот сверхординарный по своему преступлению гитлеровский живодер вспомнился мне при чтении книги Миклоша Сабо. Это же старший коллега, брат, друг, наставник нынешних головорезов, взращиваемых в наши дни в тайных террариумах американской армии. И того негодяя и этих учили и учат тому же: убивать с одного удара, с одной пули.

Года два назад мне попалась еще одна чрезвычайно интересная книга, по суровой правдивости сходная с книгой Сабо, — книга француза Робера Мерля «Смерть — мое ремесло»[2]. Это тоже исповедь и тоже убийцы — Рудольфа Ланга, за которым в жизни, в действительности стоит кровавая тень Рудольфа Гесса, коменданта памятного людям земли лагеря в Освенциме.