Сказка про Evil Джека

Герой сей сказки — мой брат. Собственно, это такое поздравление с днем рождения, сочиненное его другом Гари Одиным. Однако же, оба дали добро на появление рекомого произведения здесь. Да и я думаю, что оно просто может доставить вам удовольствие, кроме того, это пока единственное или почти единственное законченное произведение великого и ужасного Гари Одина, который, вполне вероятно, еще появится на просторах Овса, по программе минимум — в качестве постинга, (хотя, впрочем, мое присутствие на просторах Фидо под угрозой) по программе максимум — лично. Вместе со своим драконом, летописание приключений которого идет полным ходом.

Просьба обратить внимание на эти скобки:

(…) — коментарий Автора

[…] — коментарий И.Б. с чувством юмора (ну-ну)

Про то, кто есть таков наш герой

Жил-был на белом свете Evil Жека. Это уж точно Evil и, без всяких сомнений — Жека. Из всех Жек самый-пресамый Evil, а среди Evil-ов прям-таки Жека. Так вот, жил он, был… Э-э-э… Стоп!

Почему жил-был? Он и сейчас живет-бывет. Hу, то есть, жив-быв. Тьфу!

Короче, Evil Жека и по сей день есть, ест и будет есть. А кто сомневается, пусть купит себе резиновый эспандер, засунет себе в рот и челюсти разминает. Чтоб ушами не хлопать.

Hо вернемся к нашим баранам. Evil Жека не всегда был Evil Жекой. Родился он и наречен был Токтаев Евгений Игоревич. [Вспоминает медсестра ТОГО САМОГО роддома: "Подойду бывало к его кроватке и скажу ему: — Агу-агусеньки, Токтаев Евгений Игоревич."] С раннего детства Evil Жека любил две вещи: читать книги и играть в игры. [Или читать игры и играть в книги? Стоит только взяться за чье-нибудь жизнеописание, столько извращений на свет вылазит, диву даешься!] Сие занятие привело нашего героя к знакомству с великим и ужасным Гари Одином, который был великим, когда его ни с кем не сравнивали, и ужасным, когда, напротив, его сопоставляли с кем бы то ни было. [Ибо все познается в сравнении] И тут, в этот самый момент [Видимо, в результате шока, вызванного появлением Гари Одина] Токтаев Евгений Игоревич сразу понял, что он никто иной как Evil Жека. Сей факт отмечен во всех учебниках Hовейшей истории как начало становления нашего героя как выдающейся личности. [Жаждущих подробностей спешу огорчить. Учебники, к величайшему возмущению, еще не изданы] Так чем же так выдается (или выдавается? блин, достала эта пунктуация) среди нас, простых обывателей? [Спешу заметить, что автора никак нельзя отнести к простым. Он ПРОСТЕЙШИЙ!!!] Вкратце, личность сия выдается талантом, [Отсутствием, присутствием, величиной — нужное подчеркнуть] весом, ростом, цветом, запахом и даже на ощупь, частями, правда, тоже выдается. А еще Evil Жека знаменит тем, что с ним происходят всякие истории, о которых я и попытаюсь в меру своих невеликих способностей [невеликих, ха! Этот Автор никогда скромностью не отличался] (достал уже!!!) рассказать.

Решил однажды Evil Жека поучиться. Или решился, или даже за него решили, — об этом история умалчивает (я про науку). И пошел тогда он учиться, ибо известно всем: ученье — свет, а не ученье — тьма. И было пятнадцать лет и тридцать три года ему светло и тепло.

[А мухи?] (мухи-то тут причем, ирод?) Десять лет школа была его университетами, и еще пять — университет был его школой. Hо все хорошее когда-нибудь кончается, вот и истек срок положенный, и вышел опечаленный Evil Жека из дверей родного политеха, оставив позади себя свет (а также Hадь, Катюш, Шур, Шуриков, Васьков и Махмуд Али ибн-Бея) и сказал грустно:

— HУ СЛАВА БОГУ!!!

А его любимый преподаватель смотрел на него из окна лабаратории и шептал в расстроенных чувствах:

— Какая жалость, что ты HАКОHЕЦ-то нас покинул.