Сказка для Добермана

Белоснежное подвенечное платье, расшитое драгоценными камнями, в которое меня втиснули для брачного обряда, ужасно неловкое. Мне тяжело дышать, но в этом не виноват наряд – скорее, дело в ситуации… и немного в зелье, которым опоили счастливую невесту, чтобы снова не сбежала. Зря я, наверное, так, через окно, да прямо на голову охране, но кто же знал, что меня столько народу в первую брачную ночь захочет почтить своим присутствием?

Эльфийский жрец уже монотонно бубнит древнюю клятву, но мне впервые радостно от мысли, что это затянется на какое-то время – всё же дань традициям. Жаль, чуда не случится, однако надежда умирает последней, и я даже проникаюсь, вслушиваясь в каждое, пропитанное величественностью слово. Всё лучше, чем думать о грядущем.

─ … и свет двух душ сольётся воедино, рождая новую силу…

Сомневаюсь, что в моей душе осталась хоть крупица света, да и у будущего супруга его тоже днём с огнём уже не сыщешь, а ведь таким милым притворялся.

─ А Вы не могли бы поторопиться? ─ теряет терпение отец жениха, демонстрируя всю свою отнюдь не благородную «выдержку». Боится, что всё сорвётся в последний момент, и я не могу его в том винить, потому что сама на это надеюсь, хоть и надежда наверняка пустая.

─ Прошу простить меня, но клятвы не терпят спешки. ─ Его голос дребезжит, но страха нет – видно, пуганый уже.

─ Не надейся на помощь, ─ вкрадчиво шепчет самый ненавистный на свете эльф, чуть касаясь губами уха, а меня передёргивает от омерзения. ─ Он не придёт. Боюсь, пока он пытается выбраться, мы уже успеем возлечь на алтарь. А после я не выпущу тебя из спальни, пока не отыграюсь за всё своё терпение, котёнок. ─ Ему нравится, что я безмолвна, и прекрасно знает, какими словами мне хочется послать его, но не могу. А вот его слова бьют в самую цель, заставляя сердце обливаться кровью вовсе не за собственное будущее.

─ … и новая сила осветит мир, даруя баланс всему сущему... ─ бубнит жрец.

─ Буду брать тебя так долго, что на своих двоих ты выйти никуда не сможешь. Но это мне приятный бонус.

─ … любовь есть свет, а свет уничтожает тьму в сердцах…

─ Верну тебе возможность двигаться и голос только там, ─ увещевает жених, имея в виду каменный круг с россыпью цветов и раскинувшимися корнями Вечного Древа за нашими спинами, где мы предадимся кровавому ритуалу на глазах у гостей. ─ Хочу слышать, как ты кричишь. Ты же кричала, когда он тебя пробовал?

Ты и не представляешь, как громко, сволочь – сама едва не оглохла, а с тобой это будет только от ужаса, но я лучше собственный язык проглочу, как только смогу взять контроль над своим телом.

Давай же, глупая кошка, не подведи! Разве тебе хочется, чтобы толпа ушастых над тобой вот так надругалась под предлогом обряда?

─ … ибо тьма есть сомнения, но без неё нет света…

Воздев руки к потолку, словно на него сейчас снизойдёт благодать, старик выуживает из недр балахона ритуальный клинок с кривым лезвием. Именно им жених должен вспороть наши вены и смешать кровь, когда начнётся самая неприятная часть, где мне придётся полежать бревном, а ему сделать меня своей перед свидетелями, а после передать им, чтобы повторили. Ну не извращение ли?

Тело по-прежнему не слушается, хотя я борюсь изо всех сил, но их всё равно не хватает, и когда он берёт меня за руку, утаскивая на ложе, сопротивляться не получается. Ватные ноги отказываются передвигаться, и меня просто подхватывают, легко перемещая на тёплый камень, а после берут мою руку и безжалостно полосуют до локтя, но эта боль заставляет немного встряхнуться.

─ Кровь к крови, плоть к плоти, ─ с тёмным предвкушением тянет эльф, зеркаля порез на себе, а я взываю к силе, которая не хочет откликаться.

Секунда, когда наша кровь вот-вот смешается, тянется бесконечно, и я успеваю попрощаться со свободой, когда тяжёлая дверь вдруг разносится в щепки от той силы, с какой вошедший её распахнул.

Несколько чеканных шагов, и в мои глаза смотрит демон, выбравшийся из глубин преисподней прямиком за мной. Он и выглядит так, будто руками выгребал себе путь наверх из-под земли, попутно убив парочку врагов, а теперь хочет покарать тех, кто запер его там внизу,

Сильнейших стражей из Светлой гвардии, призванных никого не пускать, сметает мощной волной чистейшей силы, а тех, кто не понял с первого раза, мой демон просто лишает возможности думать – их головы с серебристыми волосами летят ко мне, как подношение, а кровь брызжет во все стороны, окропляя и моё платье.

Жених тут же закрывает меня собой, призывая меч, но тому, кто живёт в сражении, даже не нужна обнажённая сталь, чтобы противостоять ей.

Страх сковывает, ползёт по спине, цепляясь колючими шипами за каждый позвонок, и от того, что не могу шевельнуться, не могу даже звука издать, чтобы остановить дальнейшее кровопролитие, чувствую себя в ловушке с ограниченным запасом воздуха.

В его глазах – Бездна. Обещание мучительной расправы над всеми, но мне, похоже, уготована самая жуткая участь.

Он вспомнил всё.

Вспомнил, и теперь мне придётся расплатиться за своё молчание.