Скамейка

Лев Гунин

Скамейка

В этом сквере тридцать градусов выше нуля по цельсию. Вдоль аллеи прохаживается старуха с палочкой. Она стучит по асфальту концом своей палочки, как будто хочет исторгнуть из-под земли каких-то духов. Но ничего не поможет: мест нет.

На скамейках сидят вспотевшие, загорелые и незагорелые, размякшие, горячие, усталые от жары люди. Одни из них лижут мороженое, бросая взгляды на всё сразу, другие читают газеты, третьи просто переговариваются.

Вот вдоль аллеи прошёл высокий молодой человек с книгой. Он заметил место возле старика, подошёл и плюхнулся на скамейку. Открывается книга. Глаза сидящего напротив мужчины резко прищуриваются и устремляются на заглавие книги. Молодой человек приступает к чтению.

Слева на край скамейки, предварительно пощупав рукой сидение, садится толстая красная старуха.

Мимо скамейки прогуливаются парни с девушками, держащие друг друга за руки или обнимающие друг друга за плечи, или - сцепивщие руки за спиной. Молодой человек поднимает глаза от книги и лениво провожает взглядом дородную девку с обнажёнными плечами и выпирающим из обтягивающих джинс упругим задом. Цыганка, стоящая между аллеями на траве газона, заталкивает руку в карман платья по самый локоть и, порывшись там, достает несколько мелких монет, затем откуда-то сигарету - и закуривает.

Мужчина на краю скамейки сворачивается калачиком, кладёт голову на спинку скамейки И застывает так с открытыми глазами.

По аллее прогуливаются парень с девушкой в джинсах "Wrаnglег" и оба с цепочками на запястьях. В конце аллеи, у туалета, собралась толпа. Мужчины сгрудились возле одной двери, в то время как женщины у другой двери выстроились в цепочку. Они поправляют ежеминутно джинсы и брючки и беспрерывно одёргивают кофточки.

Вот ещё одна из них заходит в дверь. А в окно, что рядом с дверью, видно, как внизу ещё одна, что уже в туалете, открывает кабинку, заходит в неё и, став ногами на две железки внизу, задирает платье.

Сзади, с Дерибасовской, нахлынула новая волна людей. Трудно себе представить, что там вплотную друг к другу движутся тысячи, десятки тысяч людей, море голов не пересыхает. Под палящим солнцем, на тридцатидвухградусной, что бывает здесь не так часто, жаре движется в толчее и сутолоке необозримая масса человеческих тел. А здесь, всего в нескольких шагах оттуда, редкие, занятые людьми скамейки на ножках и редкое, мизерное, гуляние вдоль аллей.

Но вот бурлящая на главной улице Одессы волна накатилась, разбилась о границы сквера и втолкнула в качестве излишка брызгами этой волны новую порцию - небольшую группку людей. Четверо из них сразу же расселись на соседней скамейке, а двое, две молодые женщины или девушки, подсели к молодому человеку с книгой и старухе, сидящей с самого края скамьи. Мужчина на скамейке напротив снова распрямил свои ноги и, положив ладони рук рядом рядом с собой, принялся смотреть вбок. Поднялась толстая красная струха, словно по команде уступая место женщине лет тридцати, к которой затем подсела знакомая с ней пожилая еврейка.

По перпендикулярной аллее, направйяясь к скамейке, еле двигалась дрожащая, сморщенная старуха, прихрамывающая на одну ногу и что-то беззвучно шепчущая бескровными, синими на пергаментном лице губами. Она была одета в зелёный, видавший виды, потертый, но целый болоньевый плащ, на голове у неё был пяаточек, а одну руку она с трудом, неумело и нелепо боком выгибала наружу.

Парень с книгой подвинулся вбок, оставляя между собой и пожилой еврейкой маленькое местечко.

"Смотрите, какая старуха идёт, - проговорила молодая женщина сидящая с самого края. "Да, - откликнулась её собеседница, опуская обнаженную до плеча руку с дряблой кожей зачем-то на сумку. "Она, наверное, хочет сесть, проговорила снова молодая женщина, видя, как старуха направляется со всей очевидностью прямо к скамейке. - "Может быть, - неопределённо откликнулась пожилая женщина. - "Или она подаяния просит? - словно сама себе задала вопрос молодая, когда старуха была уже в двух шагах от скамейки. - "Наверно, вот, видите, выставила руку вперёд, - ответила пожилая. - "Так она подаяния просит или хочет сесть? - снова спросила молодая, то время как старуха уже стояла рядом со скамейкой, шепча что-то беззвучно своим беззубым ртом, своими синюшними губами. "Наверное, подаяния просит, - ответила жещина на cвой собственный вопрос.

Как бы поощряя её догадку и в подтверждение её слов старуха интенсивно зашевелилась, выражая на своих губах что-то вроде улыбки, сумела справиться со своей правой рукой, слегка кивнув головой, выдвигая руку вперёд.

Женщина достала и бросила в её ладонь десять копеек и несколько медных монет. Пожилая женщина также бросила в ладонь старухи копеек шесть; парень с книгой вытащил из пиджака две монеты и бросил их в старушечью ладонь. Та чуть слышно прошептала слова благодарности и словно расстаяла, двинувись дальше.