Слишком сильная любовь

Долгожданная доченька

Лейла родила дочку в тридцать пять лет. Ребенок был долгожданным и желанным. Они с мужем несколько лет пытались, но долго ничего не получалось. Когда жена увидела две заветные полоски на тесте, то очень обрадовалась. Наконец-то! Свершилось!

Девочка родилась в срок. Она была здоровенькой и очень хорошенькой. Именно о такой и мечтали родители. С первых дней жизни ее окружили заботой и лаской. Все самое лучше, все самое дорогое ей покупали, не жалея ничего.

Молодая мамочка полностью растворилась в своей новой роли. Она без доли сожаления ушла в декрет, забыв про карьеру, которая долго время была центром ее вселенной. Приоритеты изменились.

Дочку назвали Анитой. Она подрастала и хорошо набирала вес, радовала родителей ласковыми улыбками и нежными взглядами.

Воспитывали Аниту по принципу вседозволенности. Лейла была уверена, что это поможет дочке вырасти внутренне свободной и уверенной в себе.

– Дочка, так же нельзя! Ваш ребенок вообще никогда не слышит слова «нет»! Воспитывать нужно с пеленок. Потом сложно будет с ней совладать! – не раз ей говорила заботливая бабушка, в смысле ее мама..

Только вот Лейла ее совсем не слушала. Слов «нет» и «нельзя» по отношению к дочери она не употребляла. Малышке разрешалось абсолютно все.

Первые звоночки проявлялись еще в раннем детстве. Как-то к Лейле приехала в гости младшая сестра Влада, младше ее на семь лет, детей у нее своих не было, как собственно и мужа. Пошли они вместе с Анитой вечером гулять в парк. Влада вызвалась приглядывать за девочкой. Хотелось нагуляться с племянницей, пока есть время. Приехала она всего на несколько дней.

Малышка была той еще озорницей. Она то и дело пыталась залезть куда-то, включая чужие коляски. Приходилось ее оттуда оттаскивать, краснеть и извиняться перед чужими людьми. Девочка могла спокойно подойти к другим деткам и отобрать у них игрушки. Мама только спокойно наблюдала за этим, почти никогда не вмешивалась.

– Сами разберутся. Они же детки! – часто говорила Лейла.

А если дочка уже совсем переходила границы, то просто отводила ее в сторону и пыталась переключить ее внимание на что-то еще, но никогда не ругала и не запрещала так делать. Владу это очень удивляло и даже возмущало.

Когда они стояли на остановке и ждали автобуса, чтобы поехать домой, маленькая Анита то и дело пыталась выскочить на дорогу. Уже стемнело, но движение было оживленным. Машины сновали туда-сюда.

Влада несколько раз оттаскивала племянницу от дороги. Она не боялась говорить «нет» и «нельзя», но Анита ее не понимала, ведь такие слова она раньше попросту не слышала.

– Анита, тебя же машина переедет! Нельзя на дорогу ходить. Постой со мной рядышком! – настаивала Влада.

Малышка вроде кивала, но стоило отвернуться на полсекунды, и она уже бежала к дороге.

– Я больше не могу! – возмутилась Влада. – У меня сил больше нет! Сама за ней посмотри, пока автобус не придет. Я не могу брать на себя такую ответственность. И на руках ее больше держать не могу, уже спина колом.

Лейле не понравилось, что сестренка так быстро сдалась, но возражать она не стала. Просто взяла дочку на руки. И минут через пять как раз подошел автобус. Правда, это время показалось чуть ли не вечностью, ведь Анита то и дело ревела и возмущалась. Очень ей хотелось выбежать на проезжую часть.

Сестра уехала на два дня раньше, чем собиралась. Жить в таком ритме ей не понравилось. Вся жизнь была подчинена ребенку.

Если Анита не хотела ложиться спать даже в два часа ночи, ее никто не мог уговорить или заставить. Она жила так, какой ей хотелось, а мама только восторгалась ее упорностью.

Влада жалела разве что мужа сестры. Денис каждый день просыпался в семь утра и ехал на работу. Часто не высыпался. Сильно похудел за последнее время. Под глазами появились темные круги от недосыпа и усталости, но и он как-то повлиять на альянс Лейлы и Аниты не мог.

Дэн несколько раз пытался поговорить с женой, но все время нарывался на ее отчаянное недовольство. Она защищала дочку и свой принцип воспитания до последней капельки пота и крови. Пришлось уступить и ему.

Анита кушала только то, что хотела, а точнее она почти ничего не ела, кроме маминого молочка. Порой могла бесцеремонно попросить грудь на улице, или когда они были в общественном месте.

Вот разве что в такие моменты Лейла начинала понимать, что слово «нельзя» все же должно присутствовать в лексиконе. Но нет, как только дочка начинала просить молочка, она просто сворачивала все дела и вела ее домой, ведь если этого не сделать, начиналась истерика.

Лично Владу сильно напрягало, когда они планировали прогулку, но приходилось уходить раньше только потому, что у племянницы не было никаких границ в воспитании. Возможно, поэтому она трусливо сбежала пораньше, выдумав глупую отговорку про работу. Уже тогда она поняла, что пытаться переубедить сестру себе дороже.

Гости в их доме бывали все реже. Многие подруги тоже говорили Лейле, что так нельзя. Вот только она никого не слушала.