Сила ведьмы

 В большом приемном зале ордена Огненной Пентаграммы царили полумрак и тишина. Впрочем, оно и не удивительно для раннего утра, посетители появлялись здесь намного позже. Сейчас же в зале находились только двое: красивая кареглазая женщина с длинными золотисто-рыжими волосами и сгорбленная старуха.

       Женщина довольно улыбалась.

       -- Пришла, наконец, -- почти промурлыкала она, изящными пальчиками перебирая золотую цепочку с пятиконечной звездой, украшенной россыпью рубинов.

       Во взгляде стоящей напротив старухи вспыхнула мольба.

       -- Астарта, прошу, дай мне еще немного времени!

       Лицо красавицы вмиг заледенело.

       -- Нет, -- жестко отрезала она. -- Время контракта вышло, Серафима.

       -- Хотя бы один день!

       -- Я и так слишком долго ждала, и теперь хочу получить обещанное.

       -- Астарта!..

       В ответ та резко взмахнула рукой, и старуха, захрипев, повалилась на пол. Рыжеволосая нетерпеливо подалась вперед, с волнением облизнув пухлые губы. Наконец-то ожидание завершилось, и сейчас она получит то, о чем мечтала столько долгих лет! Вот сейчас...

       Прошла минута, другая... ничего не происходило.

       Озаренная страшной догадкой, Астарта рванулась к телу, и почти тотчас коротко зло взвыла. Оболочка была пуста.

Понедельник -- день тяжелый. Особенно, если поспать удалось всего три часа. И ведь не по собственной вине! Задержали отправку маминого рейса, так что из аэропорта удалось выбраться лишь около двух ночи. А там пока доехала до нашей однушки в Отрадном, пока поела-умылась... В общем, выспаться не получилось.

       Зевая, я вошла в офис.

       -- Ну, как? Проводила? -- поприветствовала меня бухгалтерша Ирина Алексеевна, с которой мы делили небольшой кабинетик.

       -- Угу, -- я сонно кивнула. -- Представляешь, до половины второго разрешения на посадку не давали! Почти четыре часа ждать пришлось.

       -- Ничего, зато сегодня выспишься.

       -- Не знаю, не уверена, -- я поморщилась. -- Бабушка вчера звонила, очень хотела меня увидеть. Вот прям срочно, едва истерику не закатила. А я не смогла -- мама тоже в позу встала. Так что придется сегодня съездить, узнать, что случилось. И почему мне отпуск не дали? Сейчас бы с мамой на Кипр летела... -- я мечтательно зажмурилась, а потом вздохнула.

       -- Извини, Ариночка, -- посочувствовала Ирина. -- Сама понимаешь, после того, как Вячеславна уволилась, ты у нас одна кадровичка и осталась. А у меня сейчас отчет квартальный, не смогу я тебя подменить.

       -- Да ничего, -- я махнула рукой. -- Понимаю. Эх, чувствую, ждут меня крики и обвинения.

       -- Все-таки странная у тебя бабка, -- Ирина покачала головой.

       Не спорю. Бабушка по линии отца и впрямь была весьма странной. Всю жизнь, сколько себя помню, она не желала меня знать. Возможно, и из-за того, что родители не были женаты. Они только начинали встречаться, когда отец погиб, и только спустя неделю после его смерти, мама узнала, что беременна. Но когда она решилась рассказать об этом бабушке, та попросту прогнала ее. Двадцать пять лет она отказывалась поддерживать с нами какие-либо отношения, а две недели назад внезапно объявилась и потребовала меня к себе. Мать, разумеется, такое внезапное проявление родственных чувств восприняла в штыки, однако бабушка заявила, что готова оставить единственной внучке квартиру. Просторную двушку почти в центре Москвы, в добротном сталинском доме мама упустить не могла. Так что пришлось мне знакомиться с вновь обретенной родственницей.

       Правда, общение наше было не таким и частым: последнее время я почти каждый день задерживалась на работе. За две недели я видела бабушку лишь у нотариуса, да пару раз заезжала ненадолго после работы -- привозила ее любимые травяные чаи. В сумке, кстати, еще с вечера лежали три заказанные бабушкой пачки: ромашковый, с чабрецом и бергамотом.

       Время близилось к обеду, когда Ирина отправилась к Главному подписывать очередную стопку бумаг. Всучив бухгалтерше заодно и пару обработанных анкет на новых сотрудников, я встала и потянулась.

       Внезапно окно распахнулось, и резким порывом ветра меня отбросило к стенке. Дыхание перехватило, по телу прошла горячая волна, а потом наступила темнота.

       Очнулась я от того, что кто-то зовет меня по имени и трясет за плечи. Открыв глаза, увидела склоненную над собой Ирину с бледным, перепуганным лицом.

       -- Ариночка, ты что? Ты как? -- зачастила она. -- Я Вальку вызвала, она уже бежит, ты только глаза не закрывай, хорошо? Слышишь?

       -- Слышу, -- просипела я и медленно поднялась.

       -- Не стой, давай, на стул! -- тотчас усадила меня бухгалтерша.

       Против я ничего не имела. Коленки дрожали от слабости и запоздалого страха: я упала в обморок! Впервые в жизни!

       Появилась запыхавшаяся Валентина -- наша медсестра. Быстро оглядев меня, померила давление и резюмировала:

       -- Переутомилась ты, Арин. Вон, давление как упало. Отсюда и обморок.

       -- Она ночь не спала, -- добавила Ирина, одновременно протягивая мне кружку крепкого чая. И когда только успела заварить?