Сила страсти

Темноту прорезала ослепительная молния. Грохнул гром, земля вздрогнула, и Тай Гаррисон подскочил в кровати, дыша, словно спортсмен, только что пробежавший марафон.

Это был сон, тот самый чертов сон, что мучил его уже четыре года.

Он провел руками по лицу, дрожа как осиновый лист. Почему ему не снится что-нибудь приятное вроде секса с тремя девушками сразу?

Сбросив одеяло, он голым подошел к окну и открыл его. Прохладный туманный воздух весенней грозы коснулся его разгоряченного тела. Только бы не закрыть опять глаза! Потому что если он их закроет, то опять окажется там.

Но воспоминания нахлынули сами собой.

«Приземление в десять», – объявил пилот, направляя судно по низу грозового облака, ревущего в ночном небе.

В шесть самолет начало трясти.

В восемь ударила молния.

А потом прогремел взрыв, такой мощный, что у него чуть не лопнули барабанные перепонки.

Тай высунул голову из окна, подставляя ее под ледяные капли дождя. Было ужасно холодно – как будто в апреле вдруг вернулось Рождество. Тай слышал, как о скалы разбивались волны Тихого океана. В воздухе пахло соснами и снегом, и Тай заставил себя глубоко вдохнуть его, чтобы прийти наконец в себя.

Но это помогло лишь отчасти. Таю некуда было деться от воспоминаний, как он, военный врач, выползает из-под обломков горящего самолета, задыхаясь от дыма и жгучего чувства вины за то, что, кроме него, в катастрофе больше не выжил никто, что он не смог спасти ни единой души. Тай твердил себе, что это – картина прошлого, а он сейчас в штате Вашингтон, маленьком городке под названием Лаки-Харбор. Что перед ним не умирающие друзья, а океан, позади – не пылающий самолет, а горы Олимпик.

Он в безопасности.

Но черт побери, гореть ему в аду, если при следующем ударе молнии его опять не будет трясти от страха. Проклиная свою слабость, Тай захлопнул окно.

Все, больше никаких пицц перед сном!

И все же он знал, что причина его кошмаров не так проста, как целая съеденная пицца. Ему надоело сидеть без дела. Хоть он и перестал быть военным врачом, его нынешняя работа по части адреналина не уступала прежней. Он по-прежнему стоял на переднем крае, но теперь уже как контрактник, нанятый правительственным агентом. И он считал эту работу вполне подходящей – во всяком случае, до тех пор, пока полгода назад ему не пришлось прыгнуть со второго этажа, спасаясь от пули, и во второй раз повредить ногу.

Теперь, потянув ее, Тай поморщился. Он хотел вернуться к этой работе. Очень хотел. Но доктор пока не давал разрешения. Тай натянул джинсы, схватил рубашку со стула и пошел через большой и пустой дом в гараж. Снаружи бушевала гроза, но он плевать на нее хотел. Никто и ничто не могло помешать ему сесть в машину и нажать на газ. Скорость заставит его хоть ненадолго забыть о прошлом. Кстати, потом можно будет заглянуть в какое-нибудь придорожное кафе и перекусить.

Но сначала кое-что другое.

Включив свет, Тай вдохнул запахи моторного масла, хорошо смазанных инструментов и резиновых шин, и ему стало спокойнее. Слева от него стоял внедорожник «джимми» 1972 года. Он принадлежал его другу, и Тай помогал ему с мелким ремонтом. Конечно, делал он это не за деньги – работа контрактником по спецзаданиям хорошо оплачивалась. Просто возня с машиной отвлекала его от проблем.

А вот «шелби-мустанг» 1968 года, что стоял справа от внедорожника, служил для совсем других целей. Это была его подружка, и она звала его. Тай подошел к мускулистой красавице, снял со стены лежак на колесах, чтобы удобнее было работать под машиной, и, морщась от боли в ноге, полез под днище «шелби», намереваясь немного поковыряться в трансмиссии.

И там он скоро забыл обо всех мучивших его кошмарах.

Мэллори Куин как раз бежала от машины к двери кафе, когда темную дождливую ночь прорезала молния. Она была такая яркая, что Мэллори на мгновение ослепла.