Сибирская роза
Описание
Роман "Сибирская роза" повествует о трагической судьбе потомственного врача-онколога Таисии Викторовны Закавырцевой, тридцать лет излечивавшей раковые заболевания в Сибири. Сочетая опыт народной медицины с официальной, она становится сибирской волшебницей, Воительницей. История пропитана драматизмом и раскрывает сложные взаимоотношения между врачом и пациентами, а также внутренние конфликты героини. Автор, Анатолий Санжаровский, мастерски создает образы сибирских людей и погружает читателя в атмосферу сибирской глубинки. Роман отмечен положительными отзывами критиков, таких как Борис Можаев, высоко оценивших народные мотивы и мастерство повествования.
Александру Ильичу Фёдорову – сибирскому Далю.
Не следует краснеть, заимствуя у народа средства, служащие к его излечению.
Если в прошлое выстрелишь из пистолета, будущее выстрелит в тебя из пушки.
Анатолий Никифорович!
Роман «Сибирская роза» удался. Народные типы, народные образы. С интересом прочёл. Нравится, что Вы смело пошли на показ неофициальной медицины, народной медицины. Роман прекрасно скомпанован, хорошо выстроен каждый эпизод. Так и действуйте дальше. Прекрасное начало. Чувствуете народное слово, любите его.
Дело Ваше нужное, важное.
Крайние дни осени отходили, отмывались в тяжёлых, неистовых дождях. Рывучие, пенкие ручьи потопно заливали улицу.
Врач-онколог Таисия Викторовна Закавырцева, возвращаясь с работы, привернула в продуктовый, взяла молока, пельменей, хлеба и вприбежку засеменила домой.
Она шла, не выбирая пути. Скорее, скорее в благостное тепло, в уют от этого обвального секучего проливня!
Она машинально глянула в сторону и споткнулась взглядом о пустое пространство в глухом дощатом заборе. Странно. Ещё вчера, когда приходила сюда, на этом месте вздрагивала под ветром старая калитка, а теперь сиротливо чернел прогал, и сама калитка, сорвавшись с петель, распято лежала на земле, её забрасывало жидкой шипучей пеной злобного потока. Откуда-то из-под крыльца покинуто плакала голодная кошка.
Дождь гулко остукивал Таисию Викторовну.
«Нина, Нина... В такие годы... Хоть и была лишь вчера у тебя, а завтра снова зайду, наведаю... Что я ещё могу?... Гм... А почему завтра? А почему не сейчас?»
Таисия Викторовна с опаской прожгла мимо собачьей будки и подивилась. Вовсе напрасно боялась! Пёс даже не шевельнулся, только скорбно посмотрел и вздохнул, не поднимая головы с передних лап.
Дом был слепой, без огней.
Таисия Викторовна, часто бывавшая в этом доме и знавшая его, как свою ладонь, быстро прошла в комнату к больной и словно вкопанная остановилась у порога, медленно притворяя за собой дверь.
Плотные, тугие сумерки заливали комнату. Никого не видно, кругом темнота, и откуда-то из темноты сочился охриплый Нинин стон – Таисия Викторовна ни с чьим его не спутает, – и в этот тяжкий стон вплетался усталый детский плач. Казалось, это сама темь плакала с простоном.
Слёзы поджали к горлу.
Таисия Викторовна судорожно щёлкнула выключателем.
Нина с крайним усилием перекатила голову по подушке.
– А-а... Докторь... Лёгонькая на поминках...
– Ниточка! Роднуша! Что же вы без света?
Нина собрала на лице зыбкое подобие улыбки.
– Я... Таись Викто... Из мене весь пар вон... В?пласть лежу... на ?дре... Навовсе никудышка... Сама уже не доползу до выключателя, а синюшата мои ещё мелки... Не дотянутся... От мы в потёмочках и кричим... Ох, детки... детки... Нету тех лавок, где продают мамок...
Сыновья-погодки, двух и трёх лет, мокрые, поди, и под мышками мокро, только что из-под дождя – одни прибежали из садика, – сидя у койки на полу, присмирели, перестали рёвушком реветь, с удивлением, с твердеющей надеждой взглядывают на докторицу. Мамка, мамка-то уже говорит! Не плачет!
– А сам где? – тихо спросила Таисия Викторовна.
– А где ему быти... В смене... А там, можа, зацепится где... оформит с кем горький стакашек. Не-е... Вы, докторь, не смотрить на мене так... Я к свому Слепушкину без претензиев... Я-то что? Меня уже не отладить... не всподнять... Невылечимая я... Эко шар подкатила под мене судьбина... Не век кричать... Смёртную одёжу уже собрала... Я-то сложу белы ручки на груди... Мне... Мене, барыньку, снесут... А мому б?ле[1] каковски выть? Один-разб?женный... одним один... Как без мене возростит этих крох?... Что жа я накуделила? Родить родила и помираю... Не по судьбе... Ка-ак ему жити? Без мене он... как в сиротстве остаётся... От другой и разбежистый, и провористый, из воды дно достане, а мой страдалик на печке заблудится. Пропадё-ё ить без меня... пропадё-ё... Жалко... Шибко смирный, задавит его жизня... Ну почё он у меня такой?... Был ба хотько чудок с задачей...[2] Будь сила, я б утащилась в город... Христом-Богом усватала б ему под масть каку тиху одинарочку...[3] Тогда б я легко-о ушла в доски...[4]
С минуту Нина напряжённо смотрела прямо в глаза Таисии Викторовне и, отважившись, заговорила горячечно, захлёбисто:
– Таись Викторна!.. Миленька... Вы мне уж не помощница... Так подмогнить мому Слепушкину...
Нина слабо, молитвенно потянула руки к Таисии Викторовне.
– Дайте вашу руку.
Таисия Викторовна подала.
Нина прижала её руку к щеке и заплакала:
Похожие книги
Лисья нора
«Лисья нора» – захватывающий роман из трилогии «Все ради игры» Норы Сакавич. Команда «Лисов», игроков в экси, сталкивается с нелегким выбором: подняться по турнирной лестнице или остаться на дне. Нил Джостен, главный герой, прячет от всех свое темное прошлое, но в команде каждый хранит свои секреты, и борьба за победу становится борьбой не только с соперниками, но и с самими собой. Читатели во всем мире были очарованы этой трилогией, которая рассказывает о преодолении трудностей и поиске себя в мире спорта и тайных страстей.
Инструктор
Макар, опытный инструктор по самообороне, и Эля, девушка, мечтающая о свободе, встречаются в неожиданной обстановке. Случайная встреча приводит к сложному и страстному роману. История полна напряженных моментов, но и надежды на счастливый конец. Книга содержит элементы остросюжетного романа, психологической драмы и эротических сцен. Главные герои переживают сложные отношения, но в итоге находят путь к счастью. Несмотря на некоторую откровенность и нецензурную лексику, книга не перегружена чрезмерной жестокостью, а акцент сделан на психологических аспектах.
Лавр
Евгений Водолазкин, известный филолог и автор "Соловьева и Ларионова", в новом романе "Лавр" погружает читателя в средневековую Русь. Герой, средневековый врач с даром исцеления, сталкивается с неразрешимым конфликтом: как спасти душу человека, если не можешь уберечь его земной оболочки? Роман исследует темы жертвы, любви и веры в контексте средневековой России. Врачебное искусство, вера и человеческие отношения сплетаются в увлекательном повествовании, где каждый персонаж и каждое событие обретают глубокий смысл. Книга погружает в атмосферу средневековья, раскрывая внутренний мир героя и его непростую судьбу.
Академия Князева
В романе "Академия Князева" Евгения Городецкого читатель погружается в атмосферу сибирской тайги, где развертывается история геологопоисковой партии. Главный герой, Князев, сталкивается с трудностями организации экспедиции, ожиданием теплохода, а также с непредсказуемостью природы и людей. Роман живописует быт и нравы жителей Туранска, показывая их повседневные заботы и надежды. Автор мастерски передает красоту и суровость сибирской природы, создавая атмосферу напряжения и ожидания. Книга пропитана реалистичностью и детально раскрывает характеры героев, их взаимоотношения и стремления.