Швея-чародейка

© Трофимов С., перевод на русский язык, 2020

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

—Мистер Бёрсин, – сказала я, сжимая в руках льняные оборки, которые требовалось подшить, – мне нельзя этим заниматься.

– Мисс, я бы не просил, если бы это было… Если бы это не являлось самым насущным из обстоятельств. Так всем будет лучше. Всем.

Я понимала его. Теща мистера Бёрсина все не хотела умирать, хотя была старой и немощной. Женщина давненько тронулась умом, но, продолжая цепляться за жизнь, погружала наследственные дела с дочерью и зятем во все большую юридическую путаницу, которая тут же решилась бы, если бы ее похоронили. Если бы.

– Я никому не желаю зла. Вообще никому. Я накладываю чары, а не проклятия.

Других слов у меня для него не имелось, но нужно было как-то попрощаться.

– Конечно, я могу приманить к вам удачу, мистер Бёрсин. Или к вашей супруге.

Он раздраженно отмахнулся.

– Может, закажете платок?

Мужчина посмотрел на ряды шейных платков, украшавших бюсты манекенов на витрине магазина.

– Вы очень проницательны, мистер Бёрсин. Гофра нынче в большой моде. Вы закажете платок прямо сейчас или сперва посоветуетесь с женой относительно стиля и ткани?

Но он не стал бы консультироваться с женой. Она носила юбку, которую он купил у меня, даже не зная, нравились ей оборки или нет. Он выбрал самую дешевую ткань из предложенных – наигрубейший и вышедший из моды лен без какой-либо декоративной отделки. Впрочем, наценка за чару гарантировала некую приличную сумму, что вскоре оставит кошель мистера Бёрсина и войдет в мою учетную книгу.

– Пенни, – крикнула я одной из моих помощниц, – добавь к своему списку дел еще одно поручение. —Завтра утром раскроишь еще один гофрированный платок.

В моем штате не числятся ученицы – это предполагало бы обучение. Я не передаю искусство чародейства тем девушкам, которых нанимаю. Несколько помощниц пришли и ушли из моего ателье, получив навыки в драпировке и отделке, нарезании лекал и подгонке платьев – но только не в наложении чар. Алиса и Пенни, шестнадцатилетние и такие же восторженные, как я в их возрасте, были, пожалуй, моими самыми многообещающими работницами.

– Еще один платок?

Голос Пенни звучал немного приглушенно. Я заглянула в подсобку. Девушка сидела перед манекеном, спиной ко мне, наполовину скрытая обширными юбками придворного платья.

– Скажи-ка на милость, а что ты делаешь? – Я едва подавила смешок.

Пенни была очень хорошей швеей и непременно стала бы одной из лучших – если бы не работала частенько спустя рукава.

Девушка выглянула из-под платья. Ее плиссированный жакет морщился возле подмышек.

– Подрубаю подол, – ответила она с алым румянцем на щеках.

– Разве я приказывала тебе это делать? – Я все же не удержалась от улыбки.

– Нет, – ответила она и смиренно продолжила свою работу.

Я вернулась в главный зал магазина, где ожидали курьеров три пакета, завернутых в коричневую бумагу. В первом лежал новый костюм для верховой езды с защитной чарой, во втором – мантилья для пожилой женщины с чарой доброго здоровья, в третьем – плиссированный жакет-карако́. Чистый и простой карако. Никаких чар и магии. Лишь изящная отделка да аккуратное шитье моей помощницы Алисы.

Иногда мне хотелось, чтобы я заслужила свою славу создательницы модной одежды одной лишь отделкой и шитьем, но, разумеется, моя популярность росла из-за моих чар – они давно заслужили репутацию верного средства. А мое отличие от других швей состояло в том, что я являлась единственной кутюрье в Галатии, умевшей накладывать чары. Конечно, в городе проживали и другие чародейки, но то, как я вшивала чары в модные одежды, делало зарубежные фасоны привлекательными для местной элиты. Чародейки из дальнего островного народа Пеллии – по рождению или, как я, по родословной – творили чары на глиняных табличках и в мешочках с травами. Они предлагали удачу и здоровье. Я же была единственной чародейкой в городе – уникальной, можно сказать, – которая переносила чары на шелк при помощи шитья и декоративной вышивки.