Шоу начинается

А если стал порочен целый свет,То был тому единственной причинойСам человек: лишь он источник бед,Скорбей своих создатель он единый.

Данте Алигьери «Божественная комедия».

Авторское вступление, которое вы можете и не читать, потому что оно никак не влияет на нашу историю

Вы можете сказать, дорогой читатель: «Зачем автор взяла к юмористической книге такой серьезный эпиграф?».

А я вам отвечу: «Потому что автор – человек серьезный и хочет поговорить со своими читателями на серьезные темы». Но должна по секрету сказать вам, что герои и этой книги, и других моих книг, абсолютно не хотят слушаться автора и живут своей собственной жизнью, вечно влипая в какие–то переделки и передряги.

Автор сначала пробовала бороться с этим, но когда все попытки провалились, решила: «Пусть будет так, как будет».

Придумывая королевство Адус, она взяла за основу девять кругов Ада, описанных Данте в «Божественной комедии». Серьезная тема, предлагающая подумать о вечном… Но, как всегда, герои этой книги решили все по–своему, и опять подошли к серьезной теме с юмором, я бы даже сказала «с огоньком».

Ниже я приведу стройную систему устройства девяти кругов Ада так, как она была описана в «Божественной комедии» Данте. Все круги затронуты не будут, ограничимся только Восьмым и Девятым кругом. Но, если по ходу повествования, вам что–нибудь будет неясно, вы всегда сможете заглянуть на первую страницу и посмотреть, что к чему относится.

Итак, обратимся к первоисточнику:

Первый круг ада. В него попадали некрещёные младенцы и положительные люди, никак не проявившие себя в жизни.

Второй круг ада . В него попадают блудники, прелюбодеи и сладострастники.

Третий круг ада . В нём оказываются чревоугодники, гурманы и обжоры.

Четвёртый круг ада . В нем обитают жадины, скопидомы и расточительные люди.

Пятый круг ада . В нём обитают гневные и ленивые особы.

Шестой круг ада . Рассчитан на еретиков и лжеучителей.

Седьмой круг ада . Здесь томятся души тех, кто в той или иной мере совершил насилие. Причём седьмой круг делиться на три пояса:

Первый пояс. Для тиранов и разбойников.

Второй пояс. В нём располагаются самоубийцы, игроки и транжиры.

Третий пояс. Для богохульников, педерастов с лесбиянками, а так же лихоимцев.

Восьмой круг ада. В нем живут обманщики разных мастей, и он делится на десять рвов:

Первый ров. В нём заключены сводники и обольстители.

Второй ров. Здесь томятся льстецы.

Третий ров. Здесь обитают симонисты (люди, торгующие церковными должностями).

Четвёртый ров. Здесь живут колдуны, звездочёты, гадалки и волшебники.

Пятый ров. В нём томятся души мздоимцев и взяточников.

Шестой ров. Этот ров предназначен исключительно для лицемеров.

Седьмой ров. В нём сосредоточены воры.

Восьмой ров. Здесь пребывают лукавые советчики.

Девятый ров. В этом месте скорби разместились люди, сеющие смуту и раздор.

Десятый ров. Эта область предназначена только для фальшивомонетчиков.

Девятый круг. Он создан для предателей, и он делиться на пять поясов.

Первый пояс (пояс Каина). Здесь отбывают наказание те, кто совершили предательство родных.

Второй пояс (пояс Антенора). Тут заключены предатели своей Родины и своих единомышленников.

Третий пояс (пояс Толомея). В этом тёмном месте томятся души предателей друзей и сотрапезников.

Четвёртый пояс (пояс Джудекка). Тут обретаются предатели своих благодетелей человеческого и божественного величия.

Пятый пояс (пояс Сатана). Здесь отбывают наказание предатели земного и небесного. Девятый круг ада считается самым кошмарным и беспощадным наказанием за проступки совершённые человеком.

Наша история разворачивается в вымышленном королевстве Адус, которое по какой–то случайности устроено примерно так же, как и у Данте. На этом, впрочем, все совпадения заканчиваются.

Где–то в королевстве Адус. Восьмой круг. Первый ров .

– Пусти, одоробло, пусти,– верещала Бригитта, кусая ядовитыми зубами руки держащих ее двух огромных охранников–церберов. Руки тех в мгновение ока покрывались кровоточащими язвами, наливались гноем и отваливались, правда, всего лишь на мгновение, чтобы в следующий миг вырасти вновь и замереть в смертельном захвате.

– Бри, девочка моя,– плачущим и уговаривающим тоном вещал стоящий тут же ее отец, герцог Сантан,– прекрати издеваться над папой. Папа плохого не посоветует. Папа лучше знает, что нужно его любимой дочурке.

Дочурка пыхтела, наливалась устрашающей краснотой, отдающей в багровость, своего и так не совсем бледного личика, и продолжала упрямо кусать охранников. Те стоически терпели, отращивали себе новые руки, но даже ни на мгновение не изменяли выражение преданных лиц–морд.