Школа темных. Наследница молний

Дому не хватало жизни. Всех этих рамочек с милыми семейными портретами, кружек со щербинками, разбросанных то тут, то там, недочитанных книг с торчащими закладками. Просто красивый огромный дом, безжизненный и не имеющий хозяина.

Теперь он - его хозяин. Но жизни дому это вряд ли добавит. Только смерти, разве что.

- Прошу прощения? - услышал он женский голос и тут же обернулся.

- Вы Лидия, верно?

У нее оказались очень красивые зеленые глаза. Им не хватало рыжих волос, тогда колдовской образ был бы полным, но Лидия была блондинкой.

- Да, дверь была открыта, я стучала, но...

- Ничего страшного. Я просто задумался и не услышал. Проходите. Могу я предложить вам чай?

- Благодарю.

Через десять минут, когда гостиная наполнилась ароматом свежего мятного чая, он с интересом смотрел, как Лидия, немного смущаясь, облизывает ложку с капелькой меда.

- Вы купили этот дом недавно? - спросила она.

- Да, мне предложили работу, и я переехал поближе к столице.

- У вас хороший вкус. Дом идеален.

- Мне бы хотелось кое-что в нем изменить, сделать под себя, потому я и хочу нанять вас. Мне понравились работы.

- Спасибо. - Женщина склонила голову.

Забавно, но комплимент ее портфолио совсем не вызвал смущения, в отличие от чая наедине с ним. Она была уверена в своем таланте. То, что нужно. Даже жаль, что жить ей осталось ровно до завершения работы.

- И что же вы хотите?

- Я хочу рисунок на стене. Изображение, выполненное вашей рукой. Наверху, в кабинете.

- Уже выбрали рисунок?

- О, да.

Он достал из папки на столе свернутый вдвое плакат. С него смотрела девушка в потрясающем черном платье. Пронзительный, заглядывающий в самую душу, дерзкий и немного насмешливый взгляд. Если Лидию он и поразил, она сумела остаться бесстрастной.

- Это ваша девушка? Как ее зовут? И какого размера вы хотите рисунок?

- Деллин. Ее зовут Деллин Шторм. Я хочу рисунок во всю стену.

Она бросила на него удивленный мимолетный взгляд, но нашла в себе силы промолчать.

- Хорошо. Я вас поняла. Красивая девушка.

- Очень. Идеальная.

Во Флеймгорд пришла настоящая зима. С метелями, злобными завываниями ветра. Крыши трещали под тяжестью метрового слоя снега, а улицы были непривычно пусты. Теплолюбивые жители Штормхолда привыкли к грозам и дождям, а не к обжигающему легкие морозу.

Благодаря этому я могла спокойно ходить по улицам и пить кофе в кафешках на центральной торговой улочке. Меня, конечно, не узнавали, но казалось, что каждый взгляд обращен ко мне лично. И если кто-то смотрит, то непременно потому что знает, кто я.

Наверное, так выглядит паранойя. Когда сидишь за угловым столиком в кафешке и смотришь на других посетителей через призму страха.

Вон тот старичок за дальним столиком читает газету. На первой полосе громкий заголовок: «В Штормхолде на одну Высшую Школу меньше: кто следующая жертва?». А что, если этот старичок тоже последователь Акориона? И пришел сюда не затем чтобы погреться горячим чаем, а чтобы понаблюдать за мной?

Или вон та женщина с маленьким ребенком. Они, кажется, заняты блинчиком, но когда я вошла, они подарили мне долгий заинтересованный взгляд. Хотя взгляд ещё не означает того, что они подосланы Акорионом. Девочка бедно одета, на ее матери совсем не зимнее пальто, и блинчик они едят один на двоих. А я в короткой шубке и с медальоном поверх вязаного платья. Медальон привлекает внимание, но во Флеймгорде магические украшения - не редкость, поэтому я схожу за свою.

- Что желаете, миледи? - обратилась ко мне официантка.

- Принесите, пожалуйста, кофе и какую-нибудь сладость, на ваш вкус. И ете... - Я бросила взгляд на старичка. - Можно мне сегодняшнюю газету?

- «Глас Флеймгорда» подойдет?

- Да, спасибо.

Я очень осторожна. Не хожу дважды в одну кофейню, благо их целый миллион, добираюсь до дома разными путями, избегаю безлюдных улочек и темных дворов. Это все требования Кеймана, я бы поступала ровным счетом наоборот.

Оллису хватило сил и жестокости уничтожить школу, так почему его должны остановить посторонние люди? Но медальон на шее контролирует каждый мой шаг и, случись что, Кейман и охрана будут на месте в течение минуты, если не быстрее. К счастью, пока пользоваться им не доводилось.

Разносчица принесла кофе, кусочек пирога с красивой ледяной глазурью. Что-то вроде национальной сладости: этот пирог готовили в каждой уважающей себя забегаловке, и везде по-разному. Внутри он был горячий, полный нежного темного шоколада, а сверху глазурь напоминала нетающее плотное прозрачное мороженое. Как будто корочка льда на горячем шоколадном торте. К такому торту положить сахар в кофе -преступление.

Откусив кусочек, я взяла газету. Это была не та, что читал старик, но тоже с кричащей первой полосой.

«Дом Огня остался без короля. Как изменится расстановка сил в Домах Стихий?».

Выругавшись, убрала газету. Нет, читать это я не могу. Бастиан для них уже мертв, и они делят власть. Арен Уотерторн - мы встретили его, едва вернулись во Флеймгорд -едва ли не лопался от радости.