Школа странников

Опоздаю! Эта мысль стремительно прорвалась сквозь усталую сонливость и заставила меня подняться. Я не сразу нашла взглядом платье, валявшееся у кровати, и долго возилась с пуговичками. Но Джера почему-то помочь не попросила. А его и не было в комнате. Когда я это осознала, то почувствовала, как все внутри напряглось.

Мне, как и любой девушке, которую не миновала пора увлечения романтическими историями, хотелось иного завершения этого порыва. Хотелось услышать что-то приятное, хотелось прощального поцелуя. Какого-то намека на то, что все в порядке, и я не совершила какую-нибудь непоправимую ошибку.

Вот идиотка! Волнуюсь, как первоклашка на линейке. А ведь еще недавно сама мысль о том, чтобы поцеловать Джера была для меня дикой. Что я наделала?

От жгучего стыда я на несколько секунд зажмурилась, а потом наспех пригладила волосы, собрала их в косу и направилась к лестнице. Беглый взгляд на часы сообщил, что прошло всего сорок минут, и у меня еще есть время, чтобы вернуться в школу.

Джилл еще не вернулась, Джер обнаружился в гостиной: читал. Было непривычно видеть его в очках. Медленно, справляясь с волнением, я села рядом. Хотелось как-то коснуться его, чтобы увериться, что произошедшее не было сном. Но я не решилась.

— Я, — голос немного дрожал, — должна вернуться в школу.

— Угу, — пробормотал мужчина, — захлопни дверь.

Мне бы уйти, остаться наедине с собой и обо всем хорошенько подумать, но что-то удерживало. Что-то неведомое заставляло стоять истуканом посреди гостиной и ждать. Чего?

— Джер, я… все в порядке? Я сделала что-то не так?

Спросила и покраснела. Тупее вопроса не придумаешь.

— Да-да, все было чудненько, будешь уходить, загони Лоффи, уже поздно.

Слова словно били по голове, отключая на пару секунд. Эффект от удара дубиной, наверное, был бы менее болезненный, я буквально физически почувствовала, как сжимается сердце и от спазма пропадает способность говорить.

Наверное, я сидела в ступоре довольно долго, потому что Джер оторвался от книги и, сняв очки, подарил мне выжидающий взгляд. От него словно повеяло холодом, и слова не понадобились. Я резко вскочила, опрокинув вазу со стола, и направилась к выходу как можно быстрее, чтобы не дать Джеру шанс что-то сказать. На улице начался дождь. Лоффи уже сам с нетерпением ждал, когда его впустят. Благодарный пес ласково лизнул мою руку, прежде чем устремиться в тепло, к мискам с вкусненьким ужином.

Это короткое проявление собачьей любви меня доконало. Капли дождя смешивались со слезами, я размазывала тушь по щекам. Зонта не было, плаща тоже, я вмиг промокла и замерзла. Навстречу мне бежала Джилл с корзинкой покупок. Она что-то весело прокричала, но слова словно звучали на другом языке. Удивленная девочка так и осталась смотреть мне вслед, а я брела к школе, по дороге, окруженной синими, медленно увядающими цветами.

— Ненавижу тебя, Джеральд Хейл, — упрямо пробормотала я, вытерла слезы и задрала нос, чтобы никто и никогда не узнал о том, что сегодня случилось.

В кошельке лежала последняя купюра в пятьсот рублей, а до стипендии оставалась еще целая неделя. Но я была обязана купить эту книгу! Пощупать ее, вдохнуть запах типографской краски. Смотреть на свой роман в интернет-магазине и ждать авторских экземпляров было просто невыносимо.

Моя книга вышла буквально три недели назад и как раз добралась до магазинов нашего города. Я облазила весь Интернет в поисках места, где можно купить новинку подешевле, и, наконец, обнаружила «Не забудьте сбросить маски» в одном магазинчике, в центре. Их каталог утверждал, что книга стоит сто пятьдесят рублей. Что, кстати, было довольно странно для новинки.

Честно говоря, чувствовать себя настоящей писательницей до ужаса приятно. Я почти никому не рассказывала, боясь, что все сорвется, и, наверное, поверю, только когда подержу книгу в руках. Наверное, глупость — в век цифровых технологий мечтать о бумажном издании, но я лет с одиннадцати грезила о том, что мое имя будет стоять на обложке настоящей бумажной книги. И делилась этой мечтой со всем миром.

— Выдумщица, — фыркали воспитатели на мои уверения, что я обязательно стану писателем.

Но проатли годы, мне исполнилось девятнадцать, и я наконец получила от издательства заветное письмо, начинающееся с невероятно волнующих слов: «Издательство готово заключить с вами договор…» Сколько радости было… и пусть деньги заплатили совсем небольшие, я верила, что рано или поздно сумею пробиться и стать востребованным автором. Как не предаваться оптимизму, когда начали сбываться мечты, да еще и сессия кончилась, и впереди маячили два месяца летних каникул?

За книгой я ехала в нетерпении, едва ли не подпрыгивая на сиденье в маршрутке.