Шёпот Призрака

Перевод: Rosland

Русификация обложки: Alena Alexa

Я смотрела на своё отражение в зеркале, прикреплённом к дверце моего открытого шкафчика.

— Меня зовут Леда Пандора, — представилась я. — Бывшая охотница за головами, нынешний Ангел Хаоса и Эмиссар Рая в Аду.

Последний титул был совсем недавним, всего-то недельной давности. Правящий совет богов поручил мне заключить союз — по крайней мере, временный — с демонами, их заклятыми врагами. На протяжении тысячелетий боги и демоны сражались друг с другом в этой бессмертной войне, так что большинство людей сочли бы моё нынешнее назначение почти невозможным.

Но я не большинство людей. Как я только что сказала себе — и говорила себе уже неделю — я была ангелом Хаоса. Я хитростью выбиралась из невозможных ситуаций задолго до того, как у меня появились крылья, и превращение в ангела только усилило моё врождённое упрямство.

— Я Леда Пандора, — напомнила я себе ещё раз.

— Почему она всё время повторяет своё имя? — спросила Арабелла, одна из солдат позади меня. Мы двое были единственными женщинами в этой команде.

Сейчас в раздевалке нас находилось шестеро, но я была единственным ангелом. Остальные пятеро были богами, солдатами Небесной Армии.

— Она постоянно повторяет своё имя, потому что она сумасшедшая, — сказал Октавиан, когда я отвернулась от своего шкафчика, чтобы посмотреть им в лицо. — Все ангелы такие, — он стрельнул кривой ухмылкой в мою сторону.

Октавиан был высоким худым солдатом с длинными огненно-рыжими волосами и ещё более огненным характером. Будь он человеком, я бы назвала его импульсивным. Для бога он был совершенно безрассуден.

— В отличие от воплощения здравомыслия, которое являют собой боги, — парировала я, подражая ухмылке Октавиана.

— Действительно, мы такие, — раскаты смеха рокотали в его словах. — Вот почему мы сражаемся в этой бессмертной войне на протяжении тысячелетий. И мы будем продолжать сражаться до скончания веков.

— Это не повод для смеха, — упрекнул его Девлин. — Наш долг — не подвергать сомнению решения совета, а только выполнять их.

Лидер нашей команды был серьёзным и тихим профессионалом. Он нарушал молчание только тогда, когда ему приходилось раздавать критически важные для миссии материалы или ругать нас за то, что мы не справлялись с заданием.

— Успокойся, босс, мы сейчас не в перестрелке, — сказала Арабелла. — И мы боги. Я уверена, что мы способны посплетничать и зашнуровать ботинки, не завязав при этом наши языки в шнурки.

— По крайней мере, некоторые из нас это могут, — Октавиан взглянул на солдата, сидевшего на скамье напротив него — мужчину, которого все называли Панч[1].

Панч был выше меня на две головы и сложен как танк. Его тёмная кожа была испещрена красочными символами в память о его победах. Его золотые глаза горели взрывным пылом. Он был из тех парней, которым показываешь на проблему — любую проблему — а потом отступаешь, чтобы посмотреть, как он разносит её на куски. Я видела, как он голыми руками оторвал голову монстру, опрокинул вражескую сторожевую башню и проделал большую дыру в корпусе дирижабля.

Прямо сейчас Панч держал в руках пару очень потрёпанных ботинок. Испачканные в песке подошвы были наполовину оторваны, а шнурки обгорели до черноты благодаря вчерашней миссии, которая столкнула нас с очень огромным, очень злым пустынным драконом.

— Вот, Панч, возьми это, — сказал Патч[2], солдат, сидевший слева от него, и передал ему новую пару ботинок.

Близнецы Панч и Патч были похожи внешне, вплоть до татуировок, и всё же они были совершенно разными. Панч был деятелем, Патч — мыслителем. Панч был передовым бойцом, расчищал путь для остальных и устраивал большие беспорядки. Патч держался позади; он сосредоточивался на обеспечении поддержки команды и уборке всех этих больших беспорядков. Он всегда заботился обо всех нас, особенно о своём брате.

— Спасибо, бро, — сказал Панч с ухмылкой и забрал ботинки у Патча. — Я и забыл, что мои ботинки вчера так порвались.

Это было свидетельством непоколебимой «при-вперёд-и-не-оглядывайся» позиции Панча в битве: он вообще не задумывался о своих испорченных ботинках, даже о необходимости их починить. Хорошо, что Патч о нём позаботился.

Октавиан посмотрел на свою собственную обувь.

— Я бы и сам не отказался от новых ботинок.

— Ждут тебя в твоём шкафчике, — сказал ему Патч. — Я уже поменял обычные шнурки на тонкие, которые тебе нравятся.

Октавиан впился в него гневным взглядом.

— Знаешь, ты очень усложняешь задачу издеваться над тобой.

— Я в курсе, — Патч одарил его ослепительной улыбкой.

Октавиан от души хлопнул его по спине, а затем плавно направился к своему шкафчику, всю дорогу усмехаясь.

Я окинула взглядом раздевалку и пятерых своих товарищей-богов. Когда Фарис послал меня сюда, в Небесную Армию, я не ожидала этого.