Шерлок Холмс в России

Был вечер…

Шерлок Холмс, мрачный и задумчивый, медленными большими шагами мерил свой кабинет. У него было одно из тех скверных настроений, которое являлось у него всегда следствием усталости от безделья. Его сильная кипучая натура просила деятельности…

Доктор Ватсон сидел на диване, методически посасывал мундштук своей сигары и наблюдал за Шерлоком.

— Вы читали, Ватсон?

— Что?..

Шерлок Холмс посмотрел на него холодными глазами и ничего не ответил…

Наконец Холмс заговорил:

— А я думал, — вы прочли. Дело интересное… Да, очень интересное и… загадочное, — добавил он, помолчав. — Видите ли, — начал он, — вот заметка в нынешним номере «Таймса» — прочтите!.. Вырезка из «Русского слова».

Ватсон взял номер и прочел:

«Вся Москва взволнована страшным злодейским преступлением. На Садовой-Самотекской ул. в д. № 14552 в ночь на 15 июня вырезана целая семья мещанина Стукалкина, состоящая из 8 человек: мужа, жены, 2-х девушек, сестер Стукалкина, двоих детей и двух служанок. При следствии похищения не обнаружено. Деньги и процентные бумаги, хранившиеся в столе, перерыты и оставлены. Взлома не оказалось, квартира заперта изнутри. Все жертвы убиты каким-то странным трехгранным оружием, с поразительной ловкостью направленным прямо в сердце. Производится следствие… Виновные не обнаружены…»

— Как и всегда… — прибавил Холмс. — Эти форменные ничего не хотят соображать, или — прямо не могут.

Доктор Ватсон молчал и машинально рассматривал газету.

Было тихо…

— А вот тут что-то есть… — проговорил Холмс, подавая собеседнику со стола старый № «Таймса».

— Это, несомненно, имеет связь с этим преступлением. Это апрельский номер, и вот заметка о смерти нью-йоркского миллиардера Джемса Френсона, который завещал часть своего состояния, около 10 миллионов долларов, некоему Стукалкину, живущему в России…

Ватсон молчал…

Холмс по-прежнему ходил из угла в угол. Глаза его блестели теперь загадочным блеском, губы насмешливо улыбались.

— Который час?.. — спросил Шерлок Холмс, останавливаясь перед Ватсоном.

Тот вынул из кармана золотой хронометр и, взглянув на циферблат, ответил:

— 7 часов…

Шерлок промолчал и, усевшись в кресло, закурил сигару.

Было тихо. Струились синеватые кольца табачного дыма.

— Друг Ватсон, — начал Холмс, — что вы скажете мне, если я предложу вам прокатиться сейчас в Россию?..

— Сию минуту? — с удовольствием воскликнул Ватсон и глаза его расширились.

— Ну, если не хотите сию минуту, — то через полчаса, через час, черт возьми… Если, конечно, вы располагаете собой по-прежнему, — добавил он, с усмешкой взглянув на Ватсона. Доктор покраснел.

— Итак, решено: через полчаса мы выезжаем в Россию, но это будем мы знать одни. Для других мы едем в Америку. По дороге расскажу все, а сейчас… — он нажал пуговку звонка.

— Попросим мистрисс Вудлей, пусть она нам кое-что уложит.

Вошла мистрисс Вудлей, недурная собой вдовушка, лет 30-ти.

— Вы, может быть, мистер Холмс, хотите покушать, у меня есть чудный пудинг для вас… Отличный…

— Нет, дорогая мистрисс Вудлей, благодарю вас, хуже, — мы с другом моим мистером Ватсоном решили сейчас прокатиться на ту часть земного шара, где теперь утро. Мы едем в Америку. Может быть, вы нам поможете в этом, уложив мой чемодан?

— Мистер Холмс! — завопила она. — Сейчас и в Америку?.. Вы шутите?..

— Нисколько… Мы заедем к тебе, Ватсон, и возьмем твой чемодан.

Мистрисс Вудлей удалилась, а через полчаса Шерлок Холмс и доктор Ватсон садились в кэб у подъезда своей квартиры…

— На поезд, — в Ливерпуль!.. — крикнул Холмс человеку, сидящему на козлах, и кэб мягко покатился по мостовой Беккер-стрита. Был туман и электрические фонари казались светлыми чудовищными хлопьями ваты на темно-сером ковре лондонского тумана…

Утром, 17-го июня, на Садовой Самотекской, в Москве, суетилась громадная толпа народа и полиция.

В доме № 14552 дворником было замечено, что в квартире № 3 что-то неладно. В обыкновенное утреннее время никто из нее не вышел.