Шейх

Позднее полуденное солнце бросает глубокие золотистые тени на берег. Чайки летают низко над водой, высматривая, чем бы полакомиться. Воздух напоен соленым запахом залива. Так приятно бежать по прохладному влажному слежавшемуся песку. Идиллию портит только сводная сестра, недовольная пробежкой. Ксения, к которой меня, можно сказать, приставили насильно, задыхается и пыхтит.

– Стой! Слышишь, Витка, стой немедленно! Ты нарочно, что ли?

– Мы опаздываем на тренировку, – отмахиваюсь от нее и бегу еще быстрее. С тех пор как отец женился, у меня ощущение, что я себе не принадлежу. Не могу заниматься чем мне нравится, даже спать не получается сколько хочется. Мачеха измучила придирками. О да, моя история один в один сказка о Золушке, как заметил как-то мой друг Степан. Две сестры-злыдни: Ксения, которая тащится сейчас за мной на теннисный корт, и Варвара – она самая старшая из нас. Возможно поэтому считает себя мудрее и красивее всех в семье. Сейчас она проводит время в СПА салоне. Мачеха, скорее всего, таскает отца по модным бутикам в центре Абу-Даби.

Ну а мне выпала миссия сопровождать младшенькую, Ксю, составить ей компанию так сказать, потому что тоже люблю теннис и раньше занималась им. Естественно, мачеха особо подчеркнула, отозвав меня в сторонку, чтобы я ни в коем случае не смела выиграть у Ксении. Иначе та расстроится. Когда Ксю расстраивается – ест за троих. А в теннис она должна играть, чтобы похудеть. Замкнутый круг получается.

Уфф, ладно, а то уже чувствую себя ноющей стервой.

Унывать и жаловаться я на самом деле не люблю. В ближайших планах – съехать от шибанутого семейства, мы уже договорились со Степкой что снимем на двоих квартиру, как только вернусь в родной город.

Путешествие по Арабским Эмиратам случилось спонтанно, и не было выбором семьи – это был приказ отцу по работе. Папа, в свою очередь, решил совместить поездку, приятное с полезным, прихватив с собой семью. Я очень хотела, чтобы меня не брали, и мачеха была со мной солидарна. Но отец настоял. Боялся, что мы со Степаном перейдем к более близким отношениям, по всей видимости. Бесполезно было уверять что это невозможно, что пока мы в дружеских отношениях и никуда не торопимся. Папу иногда переубедить невозможно, как ни старайся.

Зачастую отце бывает старомоден. Например, мечтает выдать меня замуж за богатого состоявшегося мужчину. Уверен, что я должна быть при этом невинной. Я не спорю, чтобы его не расстраивать. Месяц назад мне исполнилось девятнадцать. Я приняла решение после возвращения съехать от родителей и ничто не свернет меня с этого пути.

**

– Если ты немедленно не остановишься, я в тебя чем-нибудь кину, – орет мне в спину сестра. Со вздохом прекращаю бег. Ксения догоняет, достает бутылку воды из маленького спортивного рюкзака на спине, начинает жадно пить.

– Ой, смотри. Боже, какой экземпляр, – произносит сестра отдышавшись.

Я не должна поддаваться на ее глупости. Ненавижу эту ее манеру «оценивать» мужчин. И все равно поворачиваю голову.

Мужчина и правда являет собой красивое зрелище. Высокий, накачанный, стройный, его бронзовое тело блестит в мягких лучах солнца. Бежит легко и свободно, мощные ноги в белых кроссовках, белая борцовка прилипла к телу. Лицо не разглядеть с такого расстояния, но мне почему-то кажется, мужчина красив. Не знаю почему. В глаза бросается борода, короткая, скорее двухнедельная небритость. Терпеть не могу мужчин с зарослями на лице, усы так просто вызывают отвращение. Странно, но этот экземпляр растительность на лице не портит. Наоборот, придает еще больше мощи, властности, силы.

Даже на расстоянии этот мужчина – захватывающее зрелище, заставляющее трепетать.

– Я его хочу-у, – жадный свист легких сестры возвращает меня к реальности. – Как же хорош, ммм, так бы и съела. Что ты ухмыляешься? – Ксю начинает злиться, видя мою реакцию.

– Глядя на тебя, – не могу скрыть усмешку. – Ты похожа на мечтательную девчонку-подростка, первый раз увидевшую своего кумира наяву.

– Деточка, это ты подросток, которого еще ни один мужик не трахал, – ехидно отвечает Ксю. – Хотя нет, знаешь, как это называется? Синий чулок. Проще говоря, баба которую никто не хочет.

– Пусть будет так, – предпочитаю не спорить с сестрой. Среди этих женщин, я заметила, остро развита конкуренция. Поэтому предпочитаю сразу отходить в сторону. Пусть они считают меня замарашкой. Так даже спокойнее.