Северо-восток, дорогу к Храму нашедший, или Родники русской святости

Глава первая.

«Пространство, смысл обретающее».

Христос – Солнце Правды, Солнце Истины! А потому Свет воплощают и Святые, жизни за веру Христову положившие. Положившие и две тысячи лет назад, и в окаянном веке двадцатом. Наверное, оттого и говорят о них – Просиявшие…

На Северо-востоке Столица нашей – в бывшем селе Свиблово словно видение сказочное, словно живительный источник среди пустыни духовной, появился удивительной красоты маленький белый Храм с сияющим куполом, на византийский похожим. Появился – и словно солнышко окружающий скучный пейзаж городской осветило.

Храм окружающее пространство «организует». Ориентир, который ни с чем не спутаешь – дай Бог, чтобы и не только географически. В Москве уж точно, да, наверное, и не только в Столице нашей.

Покойный профессор М.М.Дунаев говорил о духовной «наполняемости» русского пейзажа. Храм и рядом с речкой, лесом, полем и рядом с городскими домами «наполняет» пространство, делая его «осмысленным»…

Выход из метро – и вот он – словно сказочное видение, белый Храм с золотым куполом. Почти рядом – и всё же в некотором отдалении от повседневной суеты. В ином «измерении»…

Прошёл человек – снял шапку и перекрестился, как всегда на Руси было. Не всегда есть время зайти – а без Креста в жизни земной тяжко. Слава Богу, что вспомнили и осознать пытаемся. Человек этот в другой раз зайдёт обязательно…

А мы с благоговением войдём сейчас – для того и приехали сюда – в бывшее село Свиблово. Потому что белый Храм возведён в честь того, с кого Мученичество за веру века окаянного началось.

Глава вторая.

«Скорбная Память России».

7 февраля 1918 в Колыбель Святости Русской, Святости Славянской, что в Святых Пещерах зародилась, ворвались палачи и осквернители. Пытая Служителя Господа Владимира, требовали от него казну монастырскую, а потом вывели, да тут же у врат Лавры расстреляли. Дали только несколько минут для молитвы…

А после сняли палачи и осквернители с мёртвого всё, что унести могли – только шубу выбросили – в руках не помещалась…

Митрополит Владимир, ещё так недавно всей Россией почитаемый! Всю жизнь свою служил он там, где труднее было – переводили его из одной епархии в другую – туда, где надо было дела церковные налаживать. Каждый раз со слезами провожала паства Пастыря любимого…

И теперь здесь, у врат Обители Святой, совершили пришедшие к власти бесы чёрное дело своё. Принял Мученический Венец Воин Христов Владимир…

Монахи подобрали тело его и похоронили…

А потом полилась по всей России кровь жертв, новой власти неугодных… Да неужели не знает кто-то?! …

Глава третья.

«День Памяти Митрополита-Мученика»

Почти столетие прошло с того дня окаянного – и поднялась в бывшем селе Свиблово, что на Северо-востоке Москвы, Святыня сия, на сказочное видение похожая! Святыня, в Память Священномученика, в Память всех, под дулами, под прикладами палачей

от Истины не отрекшихся! …

Войдём же, наконец, Крестом себя осенив и пред скорбной Памятью преклонив головы.

Это небольшое «пространство» Святости, Памяти можно назвать «сосредоточенным». Словно все чувства и мысли разом воедино собираются.

Сегодня День Памяти Митрополита-Мученика. Образ его в центре, бордовыми розами увитый. Цветами, на капли невинно пролитой крови похожими. А ещё образ справа, у алтаря. Смотрит на нас, через столетие живущих, тот, кто Мученической Кончиною своею спас в беснование впавшую Россию от чёрной бездны, от пропасти духовной. От погибели окончательной.

Может быть, это субъективно, но когда обращаешься в молитве к Священномученикам, которых от нашей жизни земной так немного времени отделяет, просить хочется только о даровании крепости духа – хоть малой доли, что у них была. Просить, чтобы укрепили примером подвига своего, в веках просиявшего, чтобы не дали сойти с Пути Истинного!

О том, чтобы больше никогда не повторилось в многострадальной России нашей беснование века двадцатого! А все неурядицы наши житейские пред страданиями их, перед подвигом их меркнут.

О помощи в неурядицах житейских просить «легче» тех, что по земле столетия, даже тысячелетие назад ходили. Хотя в «грядущем, прославленном мире», как сказал об Иконе Князь-Философ Е.Н. Трубецкой, земного времени и пространства нет…

Глава четвёртая.

«Пространство» Святости и Памяти»

Иконостас словно резной – или это имитация резьбы – но всё равно удивительно красивый – цвета чистоты, Святости, Божественных Энергий. С Образом Пресвятой Троицы и Креста. Два такие любимые Образа – Спас в Силах и Матерь Божия – Образ Ея Казанский.

Матерь Божия – Заступница за род людской – здесь, наверное, Святое Заступничество Ея особенно ощущается. Покров рядом с алтарём, Всех Скорбящих Радость, Утоли Моя Печали – у алтаря и на аналое.