Серёга

Устала тётка Лиза колоть берёзовые чурки, напиленные вчера Серёгой.

С целой фишкой¹ кряжей² расправились парни вдвоём. С утра пришёл приглашённый Лизой пильщик, начал работу. Лизавета схватилась откидывать от пилы тяжеленые чурки, но возраст, семьдесят с лишним лет, вскоре напомнил о себе: заболела поясница, ноги стали заплетаться, покатились из слабых рук чурки.

Выключил Сергей пилу, участливо сказал: «Тётка Лиза, может, я Вовку позову? Тяжело тебе. Умучаешься, а он помоложе с чурками возиться». Скрепя сердце согласилась с доводами Сергея Лизавета, подумав: «Ещё один работник ещё один платёж, дополнительные расходы, а пенсия невелика, но куда деваться, авось как-нибудь проживу, зато с дровами на следующий год буду».

Сергей, заметив немое согласие женщины, позвонил товарищу. Вскоре пришёл Владимир, молодой мужчина, участник всех приработков и всевозможных оплачиваемых дел от населения.

Взревела пила, заводясь, и закипела работа, такая привычная для всех обладателей печных труб, жителей деревень. Лизавета пошла готовить обед, который со вчерашнего был запланирован и все ингредиенты закуплены. Мужики работали, жужжала пила, и это немного успокаивало хозяйку. Лишь бы инструмент не подвел, не сломался, а то вдруг что сделается? Тогда на многодневное затяжное пиление не хватит мизерной пенсии. Ведь каждый день кормить двух мужиков, водку выставлять, да ещё деньгами платить, загонят тут в долги, даже не гадай.

Так думала Лизавета, а руки быстро засуетились. «Вот уже картошечка почищена – будет пюре на молоке и с яйцом да немного сливочного маслица; вот капустка квашеная, хрустящая, своя; щи в печке мясные. Вчера кусочек свининки у подружкиного зятя выпросила – носки ему шерстяные опосля свяжу», – хлопотала хозяюшка.

Подготавливаясь к расплате с мужиками, Лизавета думала о парнях- пильщиках: «Вот Серёжка, и чего ему так не везёт? Было их четыре брата, четыре сына у Марии и Ивана. И все к водочке пристрастились. Может, по примеру отца: нагляделись маленькие, как он командовал пьяный в доме, женой управлял. Зачастую она была унижена и оскорблена. Или потому что глава семьи рано ушёл из жизни, и парни вольготно себя почувствовали, а может, слабовато мать за ними смотрела – всё на работе да на работе, для них же копеечку зарабатывала. Вроде не хуже других росли. Ростом и красотой бог наделил, а всё не впрок. Двое старших женились, семьями живут, но попивают «горькую». Средний брат Василий – рослый красавец, пока в силе да молод был, всё шутил, что, мол только свистнет – красавиц набежит море. Но не случилось жениться, а теперь вот болеет- говорят онкология.