Сердца в строю

На одной из страниц военных повестей Ивана Свистунова есть такие строки:

Роман «Сердца в строю» довольно объемист. Однако автор его не стремится целиком вместить в эту книгу длинные и трудные биографии своих героев. В одном случае он показывает, если пользоваться его образом, лишь опаленный огнем край «солдатской шинели», в другом — борт ее, простреленный почти у самого сердца, в третьем — порыжевший от дождей, ветра, от пятен крови воротник… Но как много говорят нам одни только эти отметины! По ним можно узнать всю жизнь человека, разгадать его характер, постичь его внутренний мир.

Не такой уж большой, например, отрезок биографии одного из героев романа Алексея Верховцева пройдет перед глазами читателя. Но сквозь армейскую шинель Верховцева отчетливо увидит он глубокую зарубку на его сердце:

Война едва не лишила Алексея Верховцева семьи, «наградила» тяжелым ранением, сделала общительного, улыбчивого, мечтательного офицера суровым, замкнутым человеком — «сухарем», как охарактеризовали в батальоне пришедшего сюда из госпиталя нового командира.

В самом деле, каким надо было быть черствым человеком, чтобы не понять светлого, чистого чувства лейтенанта Северова к бойцу Галине Беловой — худенькой, с черными одичалыми глазами девушке. Ее подобрал на дорогах войны и удочерил взвод Северова, а за ним и весь батальон. А новый комбат, не успевший еще узнать и прочувствовать умом и сердцем эту трогательную историю, но увидевший явный непорядок в том, что во взводе Северова, в его блиндаже, находится девушка (что, разумеется, «не положено»), приказал адъютанту Орлову немедленно перевести ее «куда-нибудь, в санчасть, что ли…»

Так завязывается сюжет романа, насыщенный многими драматическими событиями, самым драматическим из которых является война.

С глухим раздражением выполняет Орлов приказание насчет Галины Беловой:

А парень этот — боевой, храбрый лейтенант Северов, писавший тайком стихи о любимой девушке, — идет через несколько дней в тыл врага за «языком», с честью выполняет трудное задание и, раненный осколком мины, умирает.

Угасает одно чувство, но, словно «всем смертям назло», вспыхивает другое — неизмеримо более глубокое и сильное: между командиром батальона Алексеем Верховцевым и спасшей его от смерти Галей Беловой.

В скупой, сдержанной манере, с художественным тактом и убедительностью рисует писатель тонкие движения человеческой души — хоть и огрубевшей на войне, но открытой для большой и благородной любви.

«Сердца в строю» — далеко не единственное произведение в советской литературе, где наряду с темой о войне проходит и тема любви, которую по-разному понимают и принимают либо отвергают фронтовики. Например, характерный спор возникает между героями рассказа «Незабудка» Евгения Воробьева.

— Все чувства во мне умерли. Только ненависть к фашистам осталась, — говорит один из героев этого рассказа.

— Не верю! А любовь? Доброта?.. А без любви откуда и ненависть возьмется? — горячо возражает ему другой герой.

Нет, и на войне, в неумолчном грохоте и гуле орудий, танков, самолетов, в испепеляющем пламени боев не заглохли, не сгорели, не умерли у наших людей все иные чувства, кроме ненависти к врагу. Трудная, шаткая, скупая на встречи и на ласки фронтовая любовь была, говоря словами Маяковского, «пограндиознее онегинской любви». Она окрыляла людей на подвиги, согревала их в тяжелую минуту, заставляла еще сильнее любить жизнь, еще яростнее драться за нее с врагом… С большой художественной силой утверждает это роман «Сердца в строю».

Родившаяся из военного подвига любовь Алексея Верховцева и Галины Беловой оказалась способна и на нелегкий, горестный для обоих любящих сердец подвиг самоотречения, когда выяснилось, что семья Верховцева не погибла, она прошла через неимоверные муки и лишения на оккупированной врагом территории и заслужила кровью и слезами, выстрадала право на счастье. И автор романа ничуть не грешит против жизненной правды. Он показывает, как Верховцев сумел удержать свое сердце в строю, заглушив в нем ради семьи, ради горячо любимого сына Юрия завладевшее всем его существом чувство.