Сердца Крепости

Аромат ранней весны врывается с балкона в комнату, окна распахнуты, а легкий ветер колышет гардины.

– Тебе идёт форма, но совершенно не идёт это выражение лица, милый. – На пороге застыла необыкновенно красивая женщина. Длинные каштановые волосы уложены в высокую изысканную прическу, платье в пол, плечи приоткрыты. Ангельское лицо немного портят нахмуренные брови, а серые глаза пристально рассматривают молодого человека напротив. Княгиня Агния Володковская выглядела молодо для своих лет, однако многочисленные роды сказались на фигуре, поэтому женщина предпочитала туго завязанный корсет любым модным веяниям.

– Спасибо за комплимент, maman, рад, что Вам понравилось. – Собеседник княгини был необычайно высок. Форма и вправду шла ему, мундир сидел как влитой. Тускло поблескивали золотом эполеты и аксельбанты. Старший сын княгини, Александр, был совершенно не похож на свою мать. Русоволосый и темноглазый, телосложением он пошёл в отца, князя Виктора. Прямой нос, упрямый подбородок, тонкие губы сжаты в линию – казалось, он не умел улыбаться. Выражение лица смягчалось лишь при взгляде на близких родственников, в остальное время взглядом коменданта Творской крепости можно было заморозить воду в стакане.

– Ты опять слышишь лишь половину! Ну же, улыбнись и будь помягче сегодня на балу. Глядишь, девушки не будут от тебя шарахаться!

– Как пожелаете, maman1.

Александр изобразил улыбку, однако, матери она совершенно не понравилась.

– Сын, ты девушек обольстить хочешь или шпагой проткнуть? Это не улыбка!

– Тогда мне лучше сохранять серьёзность, maman. Так у меня есть шанс показаться загадочным и интересным.

Губы Володковского тронула уже настоящая улыбка, и мать лишь покачала головой.

– Вот можешь же, когда не надо. Ладно, иди! И смотри по сторонам, может, кто понравится.

– Maman!

– Я уже двадцать восемь лет твоя maman! Уже и grand-mère2 хочется стать…

В Лазурной зале было многолюдно. Не смолкали разговоры, кружились в танце пары.

Оркестр играл вальс, по паркету легко скользили Мария Червинская с мужем, князем Червинским.

Живя в отдалённой Нарсской крепости, они редко появлялись в столице, поэтому в этот вечер их появление стало причиной многих обсуждений.

– André, как думаешь, примет ли крепость брата?

– Mon amour3, откуда же мне знать? У него есть сила духа, он прирожденный военачальник… А вот есть ли в нем нота cordialité4, так сказать? Не знаю, не хочу загадывать. Но что-то мне подсказывает, что всё получится.

– Будем надеяться, дорогой, будем верить. Во всяком случае, одному ему будет тяжело справиться…

Будучи сердцем Нарсской крепости Мария понимала, насколько нелегко в одиночку нести это бремя. Испокон веков, когда у крепости зарождался свой дух, он выбирал хранителя, свое сердце. Человек-хранитель крепости становился своеобразным талисманом, оберегом для всех, живущих там. Крестьяне, солдаты, дворяне – все относились к сердцу крепости с уважением и почтением. Если уж дух выбрал, значит, достоин.

Ходили слухи, что однажды крестьяне Сонской крепости взбунтовались, да заковали в кандалы своё сердце. Тогда дух заснул, ушёл в скалы, а человек-оберег потерял все свои силы, состарился в мгновение ока, согнувшись под тяжестью прожитых веков. Правда это, или сказка, которой пугают малышей, никто не знал. Одно знали точно – духа у Сонской крепости нет. Потому никто не хотел благословение богов терять, относились к сердцу крепости бережно. Вокруг таких крепостей вырастали города, место считалось отмеченным богами – благодатным.

Когда Нарсская крепость выбрала Марию своей хранительницей, девушка не предполагала, насколько тяжело вместить в себя такую силу. Это не дело для одного, часто приговаривала княгиня Червинская, с любовью смотря на мужа.

Разделив бремя с ним, девушка вздохнула спокойно, передав часть силы духа мужу.

Теперь она с тревогой смотрела на брата, Александра. Почти уверенная в том, что пробудившийся дух Творской крепости выберет его, молодая женщина переживала о том, как он справится с этой тяжкой ношей.

В свои двадцать восемь Александр Володковский был необыкновенно ответственным. Родители, прививавшие ему с рождения серьёзность, к шестнадцати годам схватились за голову. В то время как остальные юноши влюблялись и дарили своим возлюбленным цветы, молодой княжич проводил время за книгами. Друзья смогли немного изменить его характер, однако он так и оставался тем, кто берет на себя всю ответственность в компании. Родители были удивлены тому, что за всё время Александр с друзьями не устроили ни единой шалости…

К слову, шалости были, только вот планировал их вдумчивый и скрупулёзный Саша, поэтому риски попасться сводились к минимуму.

Талантливый военный, преуспел он и в управлении крепостью.

– Александр, читали ли Вы последний труд Де Коро?…

– Признаюсь Вам, графиня, не нашёл в нём ничего примечательного…