Сердце вора

Даже несмотря на то, что я помнил тот ночной разговор с неизвестным, в глубине души всё же боялся, что это всего лишь галлюцинация, или развод Каменщиков, мечтающих посмотреть на мои действия в непридвиденной ситуации.

Кто знает, что у этих магов в головах? Я уже успел убедиться, что между ними и простаками — огромная ментальная пропасть. Колдуны мыслили совершенно другими категориями, хоть и всячески делали вид, что они не отличаются от обычных людей.

Тем не менее когда за мной пришли, я был готов. К чему? К чему угодно, пожалуй, от дерзкого нападения на конвоиров, до природного катаклизма. Тем удивительнее и горше стало, когда мы без проблем преодолели на вертолёте весь путь от тюрьмы до того места, куда меня привозили в прошлый раз — я снова узнал его по запаху хвои.

Вот только теперь никто не собирался вести со мной светских бесед. Вместо помещения, в которое меня привели в прошлый раз, сегодня я оказался в стерильно чистой и довольно просторной лаборатории.

Куча медицинского оборудования здесь соседствовала с не самыми типичными для такого места вещами — огромным медным гонгом, например, резонирующим с аурой обследуемого, или кристаллами, с помощью проводов подключённых к современным компьютерам.

На этот раз тут не было Джонатана Нобла — мной занимался какой-то непонятный хлыщ в докторском халате, с лицом, спрятанным под маской.

Он что, думает заразиться от меня вирусом прыгуна, идиот?

Шутка получилась не очень весёлой, но винить себя за это я не собирался. И так был на взводе и, как оказалось, не зря.

Пришлось проторчать в этой чёртовой лаборатории почти целые сутки. Меня совали в три разных камеры, прогоняли через мощные магические поля, снимали показатели, пичкали энергией своего Истока (отвратительной дрянью на вкус, если позволите), снова снимали показания — и всё повторялось сначала.

Отдельный интерес у хозяев лаборатории вызвал браслет, который они исследовали несколько часов, просто обездвижив меня и заключив в какую-то энергосферу.

Со мной никто не разговаривал, а все манипуляции с телом помогал проворачивать один из четырёх охранников, постоянно находящихся рядом. При общем количестве бойцов в лаборатории я вообще не представлял — как меня можно вытащить из таких цепких лап? Очевидно, что американцы взялись за дело всерьёз. Кажется, они решили отгадать загадку телепортации и теперь мечтали вытащить из меня всё то, чего я даже сам не знаю.

Ну, по крайней мере, не начали с допросов…

После двадцати с лишним часов опытов, в зал вошёл Нобл. Ознакомившись с массой данных, он о чём-то переговорил с доктором и велел охране оставить меня в небольшой комнатке, а затем вошёл туда сам.

— Ну что, мистер Снегирёв, как ваше самочувствие?

— Отвратительно. Худших тюрем я в жизни не видел. Меня вообще будут кормить?

Джонатан усмехнулся.

— Моя практика показывает, что сытый заключённый чаще думает о побеге. Думаю, вы вполне обойдётесь порцией физраствора через пару часов. У меня есть к вам пара вопросов.

— Идите к чёрту.

— Мы ведь уже проходили это? — поднял бровь глава тайной службы, — Неужели думаете, что я не смогу развязать вам язык?

Я промолчал.

— Доктор говорит, что не может снять с вас этот браслет. Что это?

— Не знаете? — усмехнулся я, — Не так уж и хорошо работате, получается.

На этот раз я задыхался очень долго. Несколько минут, судя по ощущениям. Видимо, чёртов старик оставил такой поток воздуха, чтобы я мог находиться в сознании, но испытывать при этом страшные муки.

— Мне повторить вопрос? — невозмутимо спросил он, когда закончил.

— Это блокиратор, — прохрипел я, облокачиваясь на стол, — Закрывает ауру и блокирует способности, если нужно спрятаться от магического поиска. Дайте воды, что ли?

Меня самым бессовестным образом проигнорировали

— Почему его нельзя снять?

— Спросите у Великого Магистра.

— Какие ещё эффекты имеет это… украшение?

— Да пошёл ты, — я сплюнул прямо на пол, и отказался отвечать только для того, чтобы позлить этого старика, прекрасно понимая — убивать меня сейчас он не станет.

Видимо, Нобл тоже понял, что теперь, после смерти Арины, его рычаги давления оказались ограничены. И тем не менее, он мерзко улыбнулся.

— Полагаю, это нечто вроде следящего устройства? Всполохи энергопотоков ощущаются даже через метеоритное железо. Узнаю руку Разумовского, вещица эксклюзивная. Не похожа на ту, которую мы сняли с вашей подруги. Эксклюзив для особенного агента.

— Думайте что хотите, — фыркнул я, откидываясь на спинку стула.

— Ваш хозяин забыл о вас. Поверьте, он знает о том, что вы у нас в руках. Но не предпринимает никаких попыток освободить своего драгоценного прыгуна. Интересно, почему?

Я ничего не ответил и не показал, что вопрос Джонатана попал в цель.