Сердце феникса

Россия.

Подземный стратегический Центр обороны «Око тайфуна». Зал связи 29 июля 2024 года. Точное время неизвестно.

Второй день новой эры.

Замерзшие пальцы едва слушаются…

Нет, здесь, в этом подземелье, были и обогреватели, и роскошная система кондиционирования и вентиляции, но где это все… Там же, где и холодильник.

Игорь непроизвольно облизнул пересохшие губы. Ни воды, ни еды. Воздух тяжелый… Наверное, скоро кончится. Как же так… Как же так вышло?

Он устало осмотрел округлую комнату — ряд изогнутых столов, мягкие стулья, сверхсовременные объемные экраны и лазер-панели… И везде пусто, мертво, обесточено.

Секретное убежище «Око тайфуна», заложенное еще в шестидесятые, на случай ядерной войны, оно было предназначено для того, чтобы укрыть высшее руководство страны. Постоянно модернизировалось, перестраивалось в расчете на то, чтобы не только пережить возможный кризис, но еще и управлять вооруженными силами, отражая атаку потенциального противника.

Наверное, это было одно из самых защищенных мест на Земле.

Как же случилось так, что в момент нападения в суперсовременном центре убежища нет никого из этого высшего руководства? Только сержант и рядовой Санин? Если не считать рядового Зеленского — но тот давно не приходит в сознание и, наверное, к лучшему. С такими ранами не живут… А в роскошно оборудованном тактическом центре не было даже аптечки…

Лазерная панель наконец поддалась его усилиям — по схемам пробежался знакомый голубоватый разряд. Кажется, получится…

— Зачем тебе это? — хрипловато, без интереса спросил сержант, — Не все равно?

— Не все. Хочу хоть увидеть, что творится в мире.

— Ты еще сомневаешься? Везде, как здесь, парень. Везде, понял?

Игорь не ответил. Наверное, сержант прав. Наверное, везде… Если сюда до сих пор никто не пришел, то — везде. Но так не хочется верить.

— Подумать только, — сержант пнул офисный стул, тот опрокинулся… Из папки на столе посыпались приготовленные листы бумаги. Листы, на которых так и не появится ни одной записи, — Подумать только. Сутки! И все к черту. Вся база, вся армия, вся страна — к чертям в пекло! Всего сутки, господи!

Да… всего один день. И ночь.

Парень горько искривил губы… Всего два дня назад он был дома, в отпуске. Они отмечали юбилей — двадцать пять лет семейной жизни отца и матери. Маленький ресторан у реки, счастливые беззаботные лица… Последний спокойный вечер.

Последний вечер старого мира.

Уже возвращаясь из отпуска, он обратил внимание, что в аэропорту чересчур много военных. Словно всех разом оторвали от выходных, отпусков и увольнений и призвали на службу. Все шутили и смеялись, что их призывают в метеорологию, сражаться с погодой — что-то многовато в последнее время с ней проблем. В самолете доругивалась парочка:

— А я тебе говорю — кончай строить из себя идиота!

— Но это и правда был не он, Дана.

— Отлично! Замечательно. Просто супер! Значит, звезда шоу Влад Топальский — не звезда, а самозванец? Только потому, что с тобой не поздоровался? У тебя мания величия?

— Это правда не он. Он меня не узнал. Понимаешь?

— И что?

— Ну как ты не поймешь! Мы семь лет знакомы… в одном военном городке жили…. он нормальный парень был, без звездных наворотов! Все звал меня работать с ним, жаловался, что тяжело без человека, которому доверяешь… А вчера он меня даже не узнал! Это был не он.

— А завтра я отвлекусь и не отвечу тебе сразу, и что? Я — уже не я? — Дана Сосновская, симпатичная блондиночка из службы наблюдения, сердито дернула плечом, — Все, с меня хватит! Ни слова больше, Марик!

Тогда Игорь только посмеялся, целиком встав на сторону девушки.

Если б они только знали…

Ростов-на-Дону.

25 июля 2024 года.

Двое суток назад.

Влад буквально ввалился в свою гримерку, протиснувшись через коридор из поклонниц, размахивающих чем попало — букеты и диски еще куда ни шло, но детали одежды его не вдохновляли. Психопатки! Ну почему они решили, что это кому-то нравится — то, что перед лицом размахивают такими вещами? Боже, как ему все надоело…

— Спасибо… Да, крошка, ты блеск… нет, грим снять позже, потом… Потом, я сказал!.. Да, дорогая, но не сегодня, ты сладкий цветочек, но звезды не велят… Прости, не дуйся… — он на автомате бормотал привычные фразы, мечтая только добраться до гримерки, принять душ и лечь… Лечь. Двухчасовой концерт вымотал все силы.

Он захлопнул дверь, прижался спиной, борясь с желанием сползти на пол…

Ему всего двадцать, что же будет, когда стукнет тридцатник? Если он, молодой и здоровый, так устает… Кое-как он дошел до стола и потащил из сумки упаковку таблеток. Хоть чуть взбодриться… После «колесиков» стало полегче, и Влад потянулся за полотенцем… И поймал краем глаза чье-то движение. Быстрый взгляд в огромное зеркало в полстены — никого…

Примерещилось?