Сердце дикарки

Сент-Луис, май 1805 года

Одинокий ястреб кружил над землей и своими острыми глазами наблюдал за молодой женщиной с волосами цвета воронова крыла. Она склонилась над костром, где готовился обед. Алекса Карвер вытерла со лба пот и бросила через плечо встревоженный взгляд: отец давно должен был появиться. Рассеянно схватилась за ручку чайника и тут же, еле слышно чертыхнувшись, затрясла обожженными пальцами.

– Проклятие, – пробормотала она, погружая руку в ведро с водой. Ее взгляд устремился куда-то вдаль, а мысли полетели вместе с ветром. Еще одна неприятность среди прочих, преследовавших ее с тех пор, как их семья покинула дом в долине реки Уобаш. Они торопились застолбить участок земли для фермы на только что открытых территориях к западу от Миссисипи. Когда они пересекали очередной ручей, потерялось колесо повозки; ночью лошади перепугались и убежали – их долго искали; затем жестокий ураган разорил лагерь. Это были не единственные неудачи, но Алексе не хотелось вспоминать их, чтобы не расстраиваться еще больше.

Джастин Карвер, тот отец, которого она знала (родной отец бросил ее мать еще до рождения ребенка), с недавних пор стал беспокойным и мрачным; был недоволен фермой, которую они с матерью Алексы с трудом основали в дикой местности и с не меньшим трудом поддерживали. Ее мать умерла, не пережив тяжелейшей зимы, и Джастину было непросто смириться с этой утратой. Да, слишком много горьких воспоминаний связывало его с долиной Уобаш.

В результате Джастин буквально с корнями вырвал свою дочь Алексу из родной почвы и перевез через Миссисипи во временный передвижной лагерь без всяких удобств. Когда он заявил, что они направляются на запад, девушка попыталась разубедить его, но тщетно. Джастин Карвер был весьма решительным человеком – что-то задумав, шел к своей цели так настойчиво, что даже табун диких мустангов не смог бы остановить его.

В конце концов Алекса смирилась с тем, что вынуждена будет сопровождать отчима и сводного брата. «Что, во имя неба, может предложить молодой незамужней женщине эта дикая местность?» – часто спрашивала она себя, когда тащилась в повозке за своими мужчинами. Судьба ей явно не улыбалась, а хмурилась. Она чувствовала, что ее удел – превратиться в старую деву, жить в глуши и дикости, помогая Джастину избавиться от терзавших его воспоминаний.

Упаковав свои пожитки, Алекса оставила позади все романтические мысли встретить мужчину, который поможет сбыться ее мечтам. Мудрое решение, учитывая то, что с момента расставания с домом ей встречались только суровые жители приграничной полосы да грубые лодочники. Дома, в долине Уобаш, было немало мужчин, и многие из них решались приблизиться к Алексе, но ни один не отвечал ее требованиям. «Может, я слишком разборчива?» – думала она, снова поворачиваясь к огню, чтобы помешать жаркое. Если бы она приняла одно из предложений, то жила бы сейчас спокойно и счастливо.

Нарастающий топот копыт прервал эти невеселые размышления. Алекса подняла глаза и, встречая непрошеных гостей, машинально схватилась за ружье. Разглядев хмурое лицо отца, она отложила оружие в сторону. Очевидно, встреча Джастина с пионером этих мест прошла неудачно. Судя по всему, тот не принял предложения проводить их к плодородным землям, лежащим к западу от Сент-Луиса.

– Что, непредвиденные трудности? – спросила Алекса, глядя, как Джастин слезает с седла.

Отец пробурчал что-то неразборчивое и подошел, чтобы налить чашку кофе.

– Неудивительно, – невозмутимо заметила Алекса. – Тебя предупреждали, что он такой же бесчувственный и неотесанный, как и те дикари, с которыми он знается.

Джастин насмешливо фыркнул.

– И он полностью оправдал эти отзывы. Он даже сказал не «нет», а «нет, черт побери». Родон сколачивает состояние, торгуя с осейджами. И еще перевозит товары вниз по Миссисипи. И вовсе не желает, чтобы кто-то из нас увел у него из-под носа эту золотую жилу. – В тоне его зазвучали горькие нотки, глаза стали задумчивыми.

– Мы обязательно найдем кого-нибудь еще, – заявила Алекса, стараясь казаться веселой и приветливой, и протянула брату чашку кофе. – Родон не единственный, кто путешествовал по территориям Луизианы.

– Последний, у кого хватало смелости шататься в одиночку по этим местам без всяких карт, уехал в прошлом году с экспедицией Льюиса и Кларка, – произнес Расс, бросая на отца осторожный взгляд. Расс не хотел покидать ферму, но он, как и Алекса, покорился воле отца. А тот позволил ему вернуться за молодой девушкой, которую сын оставлял. Расс пошел на компромисс и пообещал помочь отцу построить новый дом и начать обрабатывать землю. А потом он вернется и начнет сам хозяйствовать на ферме вместе с Рейчел. – Никто больше не знает территорию так же хорошо, как Родон. Вдобавок он установил контакты с осейджами, а мы отчаянно нуждаемся в их помощи.

Джастин широкими шагами подошел к повозке, прислонился к ней и долго смотрел на запад.