Сердце, что растопит океан

© Морриган Б., 2021

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Когда-то давно наш мир был скован вечными льдами. Холодные ветры скитались по морозным пустошам, а мятежные духи бесцельно кружили над Бездной. Но у всего есть начало и у всего есть конец. Так в один из дней на заре времён пробудились вулканы, растопив вечную мерзлоту и приведя мир в движение. Снежные тучи рассеялись, а из океана поднялся небольшой, но гордый остров, и имя ему было Коа’Коа. Так хаос ушёл из мира и началось время жизни под солнцем.

Только взгляни, мой друг, – сегодня центральная площадь выглядит особенно оживлённой! Деревенские жители толпятся, галдя и перебивая друг друга. Они чем-то взволнованы, а некоторые даже напуганы. Со всех сторон слышатся восклицания: «Что ж это такое?», «Не к добру это всё!», «Глупости! Это духи шутят!» Мальчик семи лет, слегка запыхавшись от бега, остановился позади собравшихся и, приподнимаясь на цыпочки, тщетно пытался разглядеть хоть что-то.

– Папа! – наконец выкрикнул он и бросился в толпу, падая и продираясь среди босых ног, травяных юбок и расписных шароваров. Он отчаянно проталкивался вперед, и недовольные люди нехотя расступались, давая ему дорогу. – Папа!

Это мой сын Тама. Он ещё дитя, поэтому не осуждайте его за порывистость. Да и взволнован мальчик не без причины – прошло уже три дня с тех пор, как я бесследно исчез, прихватив с собой рыбацкий гарпун. Жители деревни уже несколько раз прочесали окрестности, ближайшие леса, гроты и каждое утро исследуют побережье, надеясь обнаружить там хотя бы моё тело. Но я будто провалился сквозь землю.

И вот сегодня что-то произошло. Рыбаки, как всегда, возвращались в деревню на закате, но, судя по толпе, немедленно их окружившей – не с обыкновенной добычей. Услышав шум голосов, мой сын сразу же бросился на площадь узнать, в чём дело. Пробираясь сквозь толпу, он представлял, что через секунду увидит меня живым и невредимым в окружении верных друзей, которым наконец-то после стольких поисков удалось найти меня. Но вместо этого его взгляду предстали обыкновенные рыбацкие сети, разложенные на земле. Мальчик замер и в растерянности уставился на них, пытаясь понять, чем же они так привлекли внимание собравшихся людей. Наконец он заметил что-то и понял, в чём дело. На первый взгляд в этих сетях не было ничего примечательного, но если присмотреться, можно было различить повсюду запутавшиеся в них серебристые кристаллики, в которых отражались лучи закатного солнца.

– Что это? – прошептал Тама, обернувшись к маленькой девочке, которая стояла рядом.

– Не знаю, может, жемчуг?

– Ты что, глупая? Жемчуг не ловят сетями!

– Расходитесь по домам! – послышался строгий голос старейшины. – Не на что здесь смотреть! Нам нужно отдохнуть, чтобы завтра снова отправиться на поиски Нима.

Вскоре люди стали покидать площадь, вполголоса переговариваясь о чём-то, и лишь самые внимательные заметили, как два шамана аккуратно свернули чудную сеть и в спешке скрылись за дверями Красной Хижины.

Вернувшись домой, маленький Тама отказался от ужина и сразу нырнул в постель, укрывшись с головой. Летняя духота не спадала даже к вечеру, и мальчик немедленно вспотел под одеялом. Он попытался заснуть, но ему никак не удавалось перестать думать о пропавшем отце.

Где он сейчас? Вернётся ли? Защищают ли его духи?

Проворочавшись почти час, Тама отбросил одеяло и сполз с кровати. Осторожно ступая, чтобы не разбудить маму, он выскользнул из дома и направился к Красной Хижине. Это было священное место, куда обычные жители могли попасть только во время особых ритуалов, проводимых шаманами. Для шаманов же Красная Хижина была домом: они скрывались там от мира, медитируя, общаясь с духами и раскуривая травы, белый дым которых выходил через отверстие в крыше и поднимался высоко над деревней, собирая отсветы закатных лучей, как сеть с частым плетением ловит самую мелкую рыбку. Несмотря на позднее время, в Красной Хижине горел свет, и в окне, занавешенном тонким льном, можно было различить движущиеся силуэты. Тама подкрался ближе, ступая босыми ногами по остывающей пыльной земле, и, присев на корточки под окном, прислушался.

– …Айхи, ты скажешь, наконец, что это такое, или и дальше будешь ходить вокруг да около? – слышался взволнованный мужской голос. Мальчик узнал его – он принадлежал одному из старейшин, что сегодня были на площади.