Семья для нефтяного магната

Назима

Мне страшно до холодеющих конечностей и подгибающихся коленей. Хочется спрятаться, прикрыть лицо, смыть макияж и серьги эти дурацкие золотые с браслетами снять, чтобы не звенели и не привлекали внимание… Четверо чужих мужчин, и я в этом кабинете с ними одна. Дядя бы сказал «позор». Аяз просто бы убил… и, к сожалению, это не фигуральное выражение. Но я больше не его жена. Надеюсь, что Аллах простит мне это. Потому что не себя я сейчас спасаю, а ребенка. Маленькое, долгожданное чудо в своём животе. Мамочка, помоги…

Прячу запястья глубже в рукава платья. Следы от наручников почти зажили, но показывать руки мне до сих пор стыдно. Отец, если бы был жив, защитил меня. Он был справедливым мужем. Маму любил. А без них я одна, никому не нужна… Разве что Саиду. Но подставлять брата больше чем есть, не имею права. У него жена, семья. Пусть счастлив будет.

Пытаюсь сосредоточиться и прочитать текст документов. Свидетельство о разводе. Договор купли-продажи. Дальше буквы плывут перед глазами. В нос проникает запах дорогого мужского парфюма. Свежего. Приятного. И я знаю, от кого он идёт.

Боже… Почему этот мужчина, так на меня смотрит? Будто обжигает своими ледяными голубыми глазами. Удивительно ясными и большими для его возраста. Сорок три, кажется…«Тихомиров Константин Петрович» — вспоминаю его имя и прочитанную в интернете информацию. –

«Владеет большой сетью заправок и несколькими газовыми месторождениями. Неприлично богат. Скрытен. Холост. Родился на Алтае.» Да и без этой информации чувствуется, что он — настоящий сибиряк. Тяжёлый, сильный, большой, как медведь, но при этом очевидный интеллектуал. Светловолосый, с чуть обветренной загорелой кожей и двумя глубокими морщинами на лбу, выдающими суровый нрав. Часто хмурится. Опасный… Это подтверждают мурашки, прокладывающие транссибирскую вдоль моего позвоночника. Сама, встретив его на улице, я бы перешла на другую сторону, но брат ему доверяет. Говорит, что Тихомиров — единственный, кто может помочь. Точнее, единственный, кто в состоянии заплатить и не просто промотать родительское дело, как это делал последние годы мой муж, а приумножить и сможет обеспечить мне безопасность после развода.

— Я не обираю женщин, — неожиданно тихо говорит Тихомиров. Вглядывается в мое лицо и подает шариковую ручку. — Назима, вы можете отказаться от сделки, если какие-то пункты или суммы вас не устраивают. Прочитайте ещё раз.

— Меня… — растеряно облизываю пересохшие от волнения губы и поправляю платок. — Меня все устраивает.

Просто не может не устраивать, потому что другого шанса уйти от мужа у меня не будет. Лучше умереть, чем жить прошлой жизнью! Или ещё хуже: смириться с тем, что Аяз заберёт ребёнка и запретит мне с ним общаться. А он так обязательно поступит. Чтобы мне было больнее… чтобы мучалась

Смотрю на руку мужчины и аккуратно, не касаясь его кожи, забираю ручку дрожащими пальцами.

— Назима, — подвигается ближе к столу адвокат, которого нанял брат. — Саид сам все проверил. Моя команда тоже не нашла в договоре спорных моментов. Сделка чистая. Вы можете спокойно подписывать.

Киваю и быстро ставлю росчерк. Все, теперь назад пути нет. Поднимаю глаза на человека, от честности которого теперь зависит моя жизнь.

— Я могу вам посоветовать? — Спрашиваю срывающимся голосом.

— Конечно, — отвечает он абсолютно серьёзным тоном и чуть наклоняется над столом. — Я вас слушаю, Назима, — как-то по-особенному выделяет мое имя.

— После того, как совет акционеров утвердит вас в должности генерального директора, при первой возможности проверьте все уставные документы и смените руководящий состав головного офиса. Их всех нанимал мой муж. Я бы им не доверяла.

— Какие функции в компании исполняли вы? — как бы между прочим интересуется Тихомиров.

От его властного тона я замираю и перестаю дышать. Если бы сейчас за моей спиной не сидела охрана брата и адвокат, то я, наверное, уже упала бы в обморок.

— После института, пока родители ещё были живы, я работала в лаборатории, — отвечаю слегка заторможенно и смущённо.

— У вас специальное образование? — вспыхивают интересом глаза мужчины.

— Да, — подтверждаю, — я окончила МИСИС, но мой муж очень быстро устранил меня от дел.

— Хм… — тянет Тихомиров. — А он сам?

— Нет, — отрицательно качаю головой. — Адашев хорошо разбирается только в цифрах.

— Вы его боитесь? — хмурится мой собеседник.

Мне хочется нервно рассмеяться. Боюсь ли я человека, который систематически надо мной издевался? Поднимал руку, забрал возможность общаться с друзьями и радоваться жизни…

— Это бестактный вопрос, — вздёргиваю подбородок. — Я продаю вам действующие скважины и земли, на которых можно бурить, практически за бесценок. Наверняка, у меня есть для этого веские причины…

— По договору я обязуюсь обеспечивать вашу безопасность на ближайшие три года, — чуть повышает голос Тихомиров. — Поэтому я должен знать все детали. Я и впредь буду задавать вам бестактные вопросы, Назима. Это в ваших интересах.