Семья взаймы

Дана.

От волнения пересыхает во рту и дрожат пальцы. Успокойся, Дана, все хорошо…

Этот напыщенный, усатый дядька в белоснежном халате совсем не страшный, он главный врач больницы и, по определению не может быть злым. Да и дамочка в зеленой пижаме производит вполне приятное впечатление.

Никто не должен знать, что сегодня я провожу первую самостоятельную презентацию.

Приосаниваюсь, поправляя полы небесно-голубого пиджачка, и обращаю внимание присутствующих на экран.

– Наша компания – одна из лучших на рынке. Мы обслуживаем такие организации, как «Инвест-Центр», банк Санкт-Петербурга, торговый центр на Пятницкой и…

– Погодите, это всего лишь слова, – протягивает мужчина в синей медицинской пижаме.

Он совсем не похож на врача – волосы удлиненные, вьющиеся, широкие плечи, пронзительные, синие глаза и волевой подбородок. Я бы сказала, что это подставное лицо, а не врач… Наверное, главный нанял актера и приказал ему задавать мне каверзные вопросы? Точно! Он хочет сбить цену на наши услуги, не иначе.

– Если вы хотите взглянуть на договоры вышеуказанных фирм с нами, то… Это конфиденциальная информация. Я не имею права демонстрировать ее, – выпаливаю пылко. Щеки пульсируют от волнения и пристального, внимательного взгляда незнакомца. – И вы не представились.

– Чеслав Ланг, заведующий отделением общей хирургии, – все так же твердо отвечает он.

Господи, где таких делают? Словно модель с обложки… Наверное, все без исключения медсестры без ума от него.

– Так чего вы хотите? – продолжаю я.

– Чтобы вы показали, как работают камеры. Вы же систему видеонаблюдения рекламируете? Как мы можем оценить качество?

– Чеслав, в самом-то деле, – бурчит главный врач.

– Хорошо, – выдыхаю я. – Я покажу на примере собственной квартиры. Приложение можно установить на смартфон и компьютер.

Идиотка… Как я не додумалась попросить начальника предоставить мне записи с камер нашего офиса?

– Отлично, – откидывается на спинку кресла Чеслав, или как там его?

– Одну минутку, я выведу изображение на экран, – нетвердо произношу я, спешно подключая провода. – Что конкретно вы хотите увидеть?

– Боюсь, ваша квартира нам не подходит, – фыркает красавчик. – Что же вы молчите, Иван Дмитриевич? Позвали милую девушку, а суть дела утаиваете, – обращается он к главному врачу.

– Хм… Дана Алексеевна, нам нужны изображения с высоким разрешением. Чтобы можно было различить лица. Недавно на больницу напали… Преступников так и не нашли, их лица на записях походили на размытое черно-белое пятно. Я решил поменять поставщика услуг. Так понятнее?

Господи, да чего они разговаривают со мной как с полоумной?

– У моего мужа сегодня выходной. Он дома. В нашей квартире камеры установлены не везде, но в прихожей и гостиной они есть. Сейчас, минуточку…

Надеюсь, Андрюша простит меня за маленькую хитрость? А с начальником я поговорю позже! Ну, как можно было отправить меня для заключения контракта без демонстрационных материалов?

– Вот, смотрите. Это прихожая. Сейчас я переключу…

Не договариваю… Пялюсь на изображение, не веря своим глазам. В гостиной мой муж Андрей и Люба – моя подруга…

Он что-то пылко говорит, нежно поглаживая ее плечи, обтянутые шифоновой тканью блузки. Мы ее вместе покупали на прошлой неделе… Кошмар просто…

Приоткрываю рот, не сводя глаз с экрана. Забываю об окружающих…

– Простите, а звук можно увеличить? – спокойно, словно на экране не происходит ничего особенного, просит Чеслав.

Да уж… Как я сама не догадалась? Молча киваю и выполняю просьбу красавчика.

«Сколько можно, Андрей? Я устала играть в подругу, улыбаться ей и выполнять роль жилетки. Детей у вас нет, чего ты ждешь?».

Люба… Обо мне… Роль жилетки, значит? Кровь беспощадно приливает к лицу. Судорожно касаюсь пылающих щек ладонями и протяжно выдыхаю.

«Любаша, милая… Потерпи немного. Ее вот-вот уволят с работы… Главный сказал, что Дана провалит контракт и… Ты займешь ее место, а через полгода станешь начальником отдела по работе с юрлицами. Она же… Ноль, понимаешь? Ничтожество, не способное ни на что… Хватит о ней… Я хочу тебя».

Надо было попкорн захватить на презентацию… Два десятка глаз с интересом наблюдают за происходящим. Пошевелиться боятся. По залу проносится лишь дыхание… И колючий, осенний воздух, просачивающийся из форточки.

К черту слова… Наверное, присутствующие успели оценить качество звука? Иван Дмитриевич понуро опустил голову. Молчит, не понимая, что должен сделать? Остановить безобразие или досмотреть «кино» до конца?

Андрей расстегивает пуговицы на воздушной блузке Любы, припадает к ее грудям в поцелуе, рычит, постанывает, нетерпеливо их мнет.

«Порвешь, Андрюша… Погоди, дай я сама ее сниму», – игриво произносит Любаша.

«Хочу тебя… Трахаю ее, а представляю тебя. Всю душу ты мне вытрепала, Любашка. Жду не дождусь, когда станешь моей»…

– Пожалуй, пора прекратить… хм… демонстрацию, – сухо произносит Чеслав.

Не ожидала от него, если честно… Все молчат. Поднимаются и шумно задвигают стулья. Выходят из зала не прощаясь.