Семья и Стая

Извивающаяся черная лента дорожного серпантина обогнула скальный уступ, и по глазам ударило клонящееся к закату, но все еще ослепительно яркое солнце. Оксана, прищурившись, вскинула руку и опустила защитную шторку, но это не спасало от густого тепла, начавшего пробиваться через темную футболку. Ей снова захотелось рефлекторно открыть окно и подставить лицо свежему ветру, вдохнуть полной грудью чистый и пьянящий горный воздух, но толстое бронированное стекло не опускалось, а потому приходилось довольствоваться надрывающимся из последних сил кондиционером.

Оксана протянула руку к регулятору, но обнаружила, что он уже выставлен на максимальную мощность, и вполголоса выругалась.

– Ну извини! – хмыкнул сидевший за рулем Руслан, – Антон, начальник моей охраны – жуткий параноик, и постоянно требует, чтобы я перемещался исключительно на броневике. А на жаре этот тарантас, действительно, превращается в ту еще душегубку.

– И у больших денег случаются негативные последствия. Терпи теперь! – усмехнулась Оксана в ответ.

­– Да уж! Он, вообще, хотел сам за тобой в аэропорт съездить. Еле его уболтал. Но вот насчет машины он был непреклонен.

– Что, часто киллеры донимают?

– «Так потому и не донимают!» – сказал бы Антон, окажись он сейчас с нами.

Они рассмеялись, и девушка, поправив темные очки, снова обратила взгляд в окно, где открывался красивейший вид на покрытые лесом горы, о вершины которых терлись редкие бледные облачка. Ну а дальше, за этими зелеными барханами вздымались увенчанные снеговыми шапками хребты Кавказа.

Руслан, выцарапав небольшое окошко в напряженных трудовых буднях, пригласил Оксану провести ближайшую неделю вместе с ним в арендованном частном пансионате среди лесов, ледников и бурных горных рек. И отказаться от столь щедрого предложения было бы самым настоящим кощунством. Отдохнуть несколько дней в окружении такой сказочной природы – мечта!

Хотя Евгений с Николаем вполне ожидаемо выступили категорически против. В любой другой ситуации они могли до хрипоты препираться из-за сущего пустяка, но тут вдруг проявили редкостное единодушие. Женю еще можно было понять – мало кому понравится, когда его половина открыто крутит роман на стороне, но вот недовольство вполне взрослого сына, всегда демонстративно дистанцировавшегося от личных дел Оксаны, выглядело немного странным и неожиданным. Мужская солидарность, не иначе.

Она неоднократно терпеливо и обстоятельно разъясняла Жене, в чем смысл ее действий, и почему это так важно, но последний их разговор все равно получился не шибко приятным.

– Ну почему, почему твои амбиции постоянно требуют причинять боль близким?! – Евгений в сердцах пнул ножку кухонного стола, – Или я для тебя – пустое место?

– Нет, нет и нет! Хватит уже! – Оксана и сама уже была готова что-нибудь как следует наподдать, – Я сто раз говорила, что в моем сердце только ты, Коля и Ксюша! А врать я не умею, сам знаешь. Но, пойми, я – не твоя исключительная собственность. На мне лежит ответственность еще и за Стаю. И ради нее мне приходится идти на определенные жертвы.

– И как жертвы? Приятные?..

– Слушай, – прорычала Оксана, теряя терпение, – не испытывай судьбу! Или я тебя и вправду загрызу!

– Ты полагаешь, что сородичи по достоинству оценят твое рвение? Отблагодарят как положено? – Евгений скептически скривился и сложил руки на груди. – Что-то я сомневаюсь, если честно.

– Так мне ничего от них и не нужно. Долг, знаешь ли, это такая штука, за которую благодарности и щедрой оплаты не ждут. Отец доверил мне пост Вожака, и я обязана сделать все, что от меня потребуется, чтобы обеспечить безопасность и благополучие Стаи.

– В том числе лечь под Погожина…

– Заткнись уже, а?..

Воспоминания о том разговоре нет-нет, да и возвращались к Оксане, чтобы снова и снова портить ей настроение и отравляя все впечатление от поездки в окружении роскошной дикой природы. К счастью, извилистая дорога оставляла Руслану не так много возможностей, чтобы глазеть по сторонам. Но все равно, чтобы он не заметил ее озабоченности и поджатых губ, девушка почти все время сидела, повернувшись к окну и якобы любуясь окружающими красотами.

Ее саму раздирали противоречивые чувства. Знаете, говорят, что счастье, это когда ты утром с радостью бежишь на работу, а вечером так же радостно мчишься домой. Так вот Оксана порой испытывала нечто вроде «счастья наоборот». В какие-то моменты ей, уставшей от домашней суеты, хотелось сбежать к Руслану, чтобы хоть на время забыться и отдохнуть, но очень скоро роскошное безделье начинало ее тяготить, и Оксану тянуло обратно, к родне и детям. Быть может, долгое общение с обычными людьми, чей век столь короток, научило ее ценить самые простые радости, на которые, как правило не отвлекаются те, у кого впереди еще века жизни?