Семейные радости (СИ)

========== Глава 1. Катя ==========

Глава 1 Катя

“Прошло пять лет с того счастливого момента, когда они обменялись обручальными кольцами. Пять лет – это так много, но как быстро они пролетели, как одно мгновение, как один сладкий вздох, как один нежный поцелуй!

Катя проснулась с ощущением радости, которая непременно случится с ней и непременно сегодня.

“Что это со мной? - подумала она, - Я уже взрослая женщина, мне тридцать лет, у меня двое детей и любимый и, главное, любящий, муж, родители здоровы, на работе у меня полный порядок. Что может быть лучше? Да ничего лучшего и желать нельзя!”

Сегодня мы идем в модный клуб «У Севы». Мы давно нигде не были: то я беременна, то я - кормящая мать, то дети болеют. А Андрею приходится работать за двоих, с утра до ночи он в Зималетто. Он устал, очень устал, хотя никогда в этом не признается, ведь именно он настоял на втором ребенке. А как он радовался, когда Катюнька родилась, первенец наш!

Кстати, имя тоже он выбрал. Да он и не выбирал, сразу сказал, что назовет Екатериной, потому что лучшего имени нет на всем белом свете! Ну, а я и не возражала. Мы сразу поделили обязанности: я детей рожаю, а он имена придумывает. А что, почти равноценно! Он тогда летал просто, готов был всем рассказывать, какая у него прекрасная доченька. Удивляюсь, как он ее в Зималетто не потащил, чтобы всем показать! Девчонки , конечно, приходили «на зубок», Андрей их угостил на славу, а Катюнька спала, и он им только одним глазком разрешил посмотреть(чтоб не сглазили гадалки всякие!). А Роману показал, хвастался ужасно: какая она умная, как много понимает и какая красавица (а она на меня похожа)!

Да, Роман…Никогда бы не подумала, какой он, оказывается, на самом-то деле. Он ведь для всех, да и для меня раньше, - циник, бабник, несерьезная личность, а, оказывается, в душе он совсем другой.

Я поняла это, когда Катюньке месяца три-четыре было. Я тогда первый раз после родов на собрание акционеров пришла. Никак нельзя было не прийти. Павел Олегович любит, чтоб все по протоколу было, а, что сноха - кормящая мать, ему и невдомек. Андрей, конечно, хотел возмутиться, но я его успокоила: сказала, что мама посидит с Катюнькой, а я малышку перед уходом покормлю, и ничего страшного не случится, если я на пару часов отлучусь из дома. Но вышло совсем не так. Я волновалась: все-таки первый раз перед всеми Воропаевыми (главное - перед Кирой!) предстояло появиться. А выглядела я не по высшему разряду: за время вынужденного пребывания дома расслабилась, махнула на себя рукой, а зря. Юлиана ведь предупреждала сразу после свадьбы, чтобы я выкинула халат, тапочки и старые очки, а я только убрала их подальше, а потом достала и частенько стала одевать: в них так уютно, привычно. Вобщем, пришлось мне с утра побегать: прическа не получалась, одежда не подходила (размер-то изменился), и Андрюшка звонил без конца: напоминал, чтоб не забыла оставить дочурке молока, чтоб оделась потеплее – шерстяные колготки обязательно! И грудь шалью завязать непременно! И бумаги у него на столе захватить: он их забыл, а они нужны! Я вся на нервах была, ну и молока мало оказалось. Потом все утряслось: Юлиана знакомую парикмахершу прислала, нашелся приличный костюм - из ламы, ручной вязки. Мне его Павел из Лондона привез в подарок за внучку. И Андрюшин подарок, шубку соболиную, тоже одела . Вроде неплохо получилось! Федор, когда за мной приехал, аж языком поцокал! Мы уже опаздывали, а он ехал со скоростью черепахи и на уговоры не поддавался. Мне, говорит, Андрей Палыч велел везти, как хрустальную вазу! Если что случится, он ведь не просто убьет - живым закопает! Так что лучше опоздаем! Удивительно, но мы почти вовремя приехали.

Зашла я в конференцзал, все смотрят изучающее, а Кира как будто остолбенела, взгляд отвести не может. Она что, думала я приду, как замарашка или растрепа? Спасибо Андрею: быстро разрядил обстановку: подошел, обнял за плечи, поцеловал в щечку, усадил рядом с собой. Сначала я с интересом включилась в обсуждение нового проекта, а время идет, уже и два, и три часа прошли. Чувствую, молоко прибывает, уже течет по мне, уже пятна на груди, а что делать не знаю. И Андрей увлекся (идея-то проекта его), на меня не смотрит, перерыв не объявляет. А Роман только взглянул на меня и все сразу понял. Встал и объявил перерыв, даже не дал договорить выступающему. Андрей было хотел возмутиться: это он решает, когда перерыв объявлять, а Роман ему глазами на меня показал, тут и до Андрея дошло, в каком я состоянии. Увел меня в кабинет, дверь запер, а что делать - не знаем. Надо молоко сцеживать. А куда? И сколько это времени займет?