Семь понедельников подряд

Татьяна Рябинина

Семь понедельников подряд

Москва, «ЭКСМО», 2005

1.

Как обычно под утро, снилось мне что-то очень приятное. Какая-то ярко освещенная солнцем полянка, я бегаю по ней, кругом птички, бабочки, кузнечики поют. В общем, красота, даже просыпаться не хочется. Но будильнику все это до лампочки. Он - мой злейший враг.

Мой рабочий день на радиостанции начинается в девять. Если успеваю на автобус, то добираюсь за полчаса. Чтобы собраться, мне нужно примерно столько же, потому что косметикой я практически не пользуюсь, прическа моя требует минимального ухода - расчесала и пошла, - а на завтрак довольствуюсь чашкой растворимого кофе и йогуртом. Так что вполне можно было бы вставать в восемь, тем более что я классическая сова и раньше полуночи никогда не ложусь. Но вот беда, приходиться вскакивать на час раньше, чтобы накормить завтраком и выпроводить из дома мужа Лешу и сына Борьку. Одного на работу, другого, соответственно, в школу. Разумеется, в выходные я сплю до обеда. Это право мною завоевано в упорной и длительной борьбе. Теперь у нас дела обстоят так: по субботам завтрак готовит Лешка, а по воскресеньям - Борька. Я встаю - когда в одиннадцать, когда в двенадцать - и доедаю то, что они мне оставят.

Выходные... О них я начинаю мечтать уже в понедельник. Нет, даже в воскресенье вечером. Потому что работа моя - полный караул. Спрашивается, почему был ее не сменить. Да потому что с моей экзотической специальностью «филолог-русист» одна дорога - преподавать в школе русский язык и литературу. Кроме того, мое нынешнее приложение силы позволяет безвылазно сидеть в интернете, что весьма полезно для моего хобби.

Поясняю. Тружусь я на совершенно отстойной станции «Радио-Эль», который год болтающейся на грани закрытия, и в моей трудовой книжке записано: «корреспондент». А на самом деле с девяти до восемнадцати, с перерывом на обед копаюсь в «паутине», выискивая всевозможные шутки, хохмы и приколы для диджеев, которые не могут придумать их самостоятельно. Оттуда же я скачиваю новости для новостного отдела и всякие феньки для отдела «продакшн». Где-то раз или два в месяц меня отправляют «на задание» - взять интервью, но это вполне можно вытерпеть.

Зато не было ни дня, чтобы я ушла домой с пустой дискетой. На нее я сбрасываю все, что может пригодиться в процессе творчества. Дело в том, что я подрабатываю на булавки написанием детективов. Делаю это, разумеется, под псевдонимом, поэтому никто, кроме родных и хороших знакомых, о моем занятии не догадывается: я строго запретила делать мне паблисити. Пишу я, кстати, не только из-за денег, довольно-таки невеликих, но больше по графоманскому позыву. Сколько себя помню, всегда что-то сочиняла. В детстве - сказки, потом - душераздирающие любовные романы (ни один из них так и не был окончен) и дрянные стихи.

Однажды, еще в школе, мне даже захотелось увидеть свои творения в опубликованном виде. Я отпечатала десяток стихотворений на машинке и без всяких комментариев отправила в журнал «Аврора». Очень скоро пришел ответ на красивом бланке. «Уважаемая Ольга Игоревна, - отвечал мне литконсультант со странной фамилией Бабоедов, - к сожалению, Ваши стихи не подходят для публикации в нашем журнале, потому что...» Далее Бабоедов вполне интеллигентно возил меня мордой по луже и в конце желал творческих успехов.

«А пошел ты!» - сказала я и, как мне казалось, навсегда отставила в сторону желание предать свои измышления гласности. Правда, был еще один забавный момент, когда мой однокурсник Гена, такой же дрянной рифмоплет (какой же студент-филолог не пописывал втихаря стишки?), предложил мне поучаствовать в коллективном сборнике. Я было согласилась, но когда узнала, что сборник печатается на средства авторов, тут же отказалась. Сборничек потом мне был все-таки подарен - тридцать страничек серой туалетной бумаги. Когда же я полистала его, то очень обрадовалась, что не оказалась в творческом соседстве с такими ядреными концептуалистами. У меня-то все было просто: «розы-морозы, кровь-любовь»...

Почему я так подробно рассказываю об этом? Дело в том, что после окончания ЛГУ я сменила не одно место работы. Радости душе или хотя бы кошельку от них не было никакой. Правда, Лешка зарабатывал неплохо, я вполне могла бы сидеть дома и возиться с Борькой, но за те три года, пока сын был еще маленький и не ходил в садик, я просто закисла от тоски - стирка, уборка, готовка, прогулка, чтение «Курочки-рябы» и т.д. - и готова была идти работать хоть кем. Сама была готова заплатить,  лишь бы только вырваться из дома.

В этот момент мне и встретился Генка. За восемь лет, как мы не виделись, он заматерел, превратился из тощего и вечноголодного паренька в солидного, красиво лысеющего и толстеющего дядьку. Генка пригласил меня завернуть в кафе и довез до дома на новенькой красной «Тойоте».

- Оля, хочешь работу? - спросил он по дороге.

- Спрашиваешь! - с готовностью отозвалась я. - Только, желательно, без интима.