Сектор круга 4. Шлак чёрно красной анархии.Сквозь Лики Сибирской Махновщины (Опыт рефлексии генотипа)

Сквозь Лики Сибирской Махновщины (Опыт рефлексии генотипа)

СЕКТОР КРУГА IV. Шлак чёрно - красной анархии.

Красный партизан, полный Георгиевский кавалер Григорий Рогов начал расчищать себе дорогу мечом.

В декабре 1919 г. партизанский отряд Г. Ф. Рогова захватил трёхтысячный Кузнецк (Новокузнецк) и учинил страшный погром города, вырезав около трети населения и изнасиловав большую часть женщин. Цифра в 800 погибших, приведённая в одной из чекистских сводок, вероятно, близка к истине, но следует учитывать и прозвучавшую на губсъезде представителей ревкомов и парткомов информацию председателя Кузнецкого ревкома: "было вырезано до 1.400 человек, главным образом, буржуазии и служащих".

Государство остается "машиной для угнетения одного класса другим", но это вовсе не значит, чтобы форма угнетения была для пролетариата безразлична, как "учат" анархисты. Анархия только развивается, а чем дело кончится - неизвестно. Для пролетария, - пока есть государство, нет свободы. Когда будет свобода, не будет государства.

Красноречивый рассказ видного кузнецкого краеведа Д. Т. Ярославцева о роговском погроме опубликовал в 1926 г. писатель М. А. Кравков: "Иду я мимо двора какого-то склада. Ворота настежь, на снегу лужа крови и трупы. И в очереди, в хвост, стоят на дворе семь или восемь человек - все голые и ждут! По одному подходят к трём-четырём роговцам. Подошедшего хватают, порют нагайками, а потом зарубают. И тихо, знаете, всё это происходило, и человек начинал кричать только тогда, когда его уже били или принимались рубить...".

Помимо отрубания голов, роговцы четвертовали, распиливали, сжигали живьём. Сибирский писатель В. Я. Зазубрин в 1925 г. встретился с партизаном Ф. А. Волковым, который согласился передать в новониколаевский краеведческий музей "на историческую память" ту самую двуручную пилу, которой он вместе с женой казнил приговорённых. Председатель Кузнецкого РЕКА Дудим на зазубринской записи рассказа Волкова начертал: "Факт распилки колчаковских милиционеров Миляева и Петрова общеизвестен и в особых подтверждениях не нуждается".

Роговские погромы Кузнецка и Щегловска (Кемерова) выделяются на фоне партизанских бесчинств. Но следует отметить, что, например, о заслугах оперировавшего в Ачинском уезде партизанского вожака М. X. Перевалова бывший председатель Енисейской губчека И. Г. Фридман говорил, что тот способен "не моргнув, вырезать 600, на его взгляд, контрреволюционеров".

Современные наемные рабы, в силу условий капиталистической эксплуатации, остаются настолько задавленными нуждой и нищетой, что им "не до демократии", "не до политики", что при обычном, мирном течении событий большинство населения от участия в общественно-политической жизни отстранено. А сама такая "свобода" есть фикция. "Почему только новое поколение в состоянии будет совсем выкинуть вон весь этот хлам государственности, - этот вопрос связан с вопросом о преодолении демократии под видом анархии, если еще остались среди анархистов люди, ничему не научившиеся после превращения Кропоткиных, Грава, Корнелиссена и прочих "звезд" анархизма в социал-шовинистов, " - давным давно замечал ещё Ильич, - "Анархист (лучший из анархистов, конечно, а не такой, который, вслед за гг. Кропоткиными и К╟, плетется за буржуазией); и у анархиста выходит, поэтому тактика отчаяния, а не беспощадно-смелая и в то же время считающейся с практическими условиями движения масс революционная работа над конкретными задачами ".

Вот почему оказывается, что анархиста не отличишь от бандита, поскольку труд раз навсегда объявлялся пережитком жадности и эксплуатационно-животным сладострастием, потому что труд способствует происхождению имущества, а имущество - угнетению.

Изощрённые пытки, а также массовые убийства пленников и деревенских "буржуев" практиковались в большом - порядка 300 бойцов - алтайском отряде М. 3. Белокобыльского. Как вспоминал один из партизан, "отряд его был чисто грабительский, к нему попали отъявленные воры, уголовные, которые окружили его, но боевые были, положили тысячу голов, если не больше... Белокобыльский грабленое себе не брал, но массу такую удержать один не мог". Партизанский вожак И. Я. Огородников во время поисков штаба Белокобыльского в Старой Тарабе увидел в этом селе "три воза трупов на простых дровнях... человек так до десяти на возу... все были нагие, обезображены... обрезаны носы, уши, выколоты глаза, тела вспороты нагайкой". В декабре 1919 г. разъярённые огромными потерями при 18-суточном штурме хорошо укреплённого с. Тогул (там оборонялись до 250 солдат и 500 дружинников) отрядники Белокобыльского и других вожаков зарубили около 350 пленных, после чего штыками загнали в огромный костёр дюжину священнослужителей.