Секретарша

Максим

— Что вы сказали, Галина Ивановна? Повторите, пожалуйста! — Макс подался вперед всем телом, и офисный стол жалобно скрипнул от тяжести, что навалилась на него. Пальцы так сжали телефонную трубку, что и та едва не разлетелась в щепки.

— Максим Станиславович, ну я же не специально право-слово. Кости уже не те, да и спотыкаюсь на ровном месте. Не расстраивайтесь, голубчик вы мой, найду я себе замену на два месяца. Прямо сейчас и созвонюсь с агентством. У меня там знакомая работает. Она подберет лучшую кандидатуру, которая уже завтра будет у вас.

Макс повесил трубку, а потом и голову уронил на руки. Это конец! Два месяца без Галины Ивановны! Он погрязнет в бумагах, или ему придется дневать и ночевать в офисе. Но в то, что найдет подходящую замену, верилось с трудом. Сейчас хорошей секретарши днем с огнем не сыщешь. Предлагал он Галине Ивановне служебный автомобиль, так нет же, отказывалась с завидным постоянством упрямица. Говорила, что в ее возрасте полезно ходить пешком. Вот и доходилась — упала на ровном месте и сломала ногу. А ему что теперь прикажете делать?

Осененный гениальной идеей он вновь схватил трубку и коротко бросил:

— Светлана Игнатьевна, зайдите!

Вот кто ему обязательно поможет. Добрейшей души человек — его главный бухгалтер. Чтобы она да не вошла в его положение. Да быть такого не может!

Через пять минут дверь в кабинет директора не самой крупной, но довольно успешной логистической компании в городе распахнулась и вплыла полная женщина лет пятидесяти с небольшим. Именно вплыла, иначе Светлана Игнатьевна и не ходила, несла себя по жизни с достоинством. Из-за ее этого достоинства приходилось порой ждать ее дольше, чем хотелось. Но с недостатками главбуха Максим мирился, как с неизбежным злом, ибо лучше нее специалиста в области бухгалтерии не сыскать. В его фирме трудились только самые лучшие, самые опытные и дипломированные сотрудники.

— Что за спешка, Максимушка? У нас пожар? — опустила свое пышное тело она в стул-кресло у длинного стола, установленного перпендикулярно к столу начальника. — Работы сегодня больше чем много. Надеюсь, вызываешь ты меня по действительно срочному делу.

Никому другому и фамильярности подобной Максим спускать не собирался, но от Светланы Игнатьевны терпел и это, как и порой излишнюю ворчливость и многословность. Да и «Максимушкой» называла его только она и не при посторонних, с глазу на глаз только. А все потому, что работала главный бухгалтер еще в бытность его отца, когда тот руководил фирмой «Метеор». Пять лет назад отец ушел на заслуженный отдых, передав бразды правления сыну. Ну а Максим уже расширил их бизнес, и в городе теперь было три «Метеора», каждый под своим номером.

— Хуже, — выдал он тяжкий вздох и с мукой во взгляде посмотрел на верную сотрудницу.

— Хуже пожара? — ахнула Светлана Игнатьевна. — Кто-то умер?

— На целых два месяца, — кивнул Максим.

— Фух, напугал, — выдохнула с облегчением женщина. — Ты про Галюшу что ли? Вот же несчастье, сослепу-то бордюр не разглядеть. А я ей говорила…

— Мне что делать, Светлана Игнатьевна? — повысил голос Максим. — Срочно нужен кто-то в приемной, и вы можете на это время посадить кого-нибудь из своих девочек.

— Не могу, Максимушка, сами едва справляемся, — доверительно сообщила главбух. — У Маруси дочка гостит, приехала с севера с мужем и детьми. Катюша вся в даче, отпрашивается каждый день и дневную работу за полдня выполняет. Ну а за Софьей Михайловной нужен глаз да глаз, к тому же глуховата она что-то стала, порой на ухо кричишь — не слышит.

«Девочкам», работающим в бухгалтерии, самой младшей было сорок пять лет, той, к которой дочь с семьей в гости пожаловала. Софье же Михайловне недавно исполнилось шестьдесят пять, и лет пять уже, как собиралась она на пенсию, да все никак не решалась. Да и работником была отличным, правда вот теперь на слух жаловалась.

— Что же делать? — запустил Максим пальцы в волосы, лохматя их и без того не волосинка к волосинке.

— Тебе ровным счетом ничего! Говорила я сегодня с Галей, замену себе она уже ищет. А это значит, что уже завтра к тебе придет подходящая кандидатура. Потерпи денек, Максимушка.

— Так и придется, Светлана Игнатьевна. Ладно, идите работайте. И это… Софье Михайловне выпишите премию на слуховой аппарат.

— Уже, Максимушка, — расплылась в довольной улыбке женщина. — Сегодня принесу ведомость на подпись.

Полина

— Работу я найду, даже не сомневаюсь. Ну и выходное пособие получила такое, что грех жаловаться, — Полина провела еще пару раз щеткой по блестящим волосам цвета темного шоколада и повернулась на пуфике к тому, кто если и слушал ее, то делал это не очень внимательно. — Стас, ну ты и бессовестный! — подскочила она и загородила собой плазму на стене. Ну загородила — громко сказано, потому как доставала до той разве что головой, но обзор точно испортила.