Секрет свадебного платья

Пейдж Данфорт не верила в сказки типа «…и жили они долго и счастливо», хотя и знала предание про то, что достается припозднившимся птичкам. В связи с чем, преодолев туманы зимнего Мельбурна, торчала в этот сумрачный ранний час перед входом в лабиринт сток-центра в Коллингвуде[1] вместе с лучшей подругой Мей: та нацелилась купить свадебное платье.

Огромный ярко-розовый баннер надрывно похлопывал по темным кирпичам старой постройки «Распродажа свадебных нарядов! Более 1000 платьев, новые и ношеные, скидки до 90 %!». Очередь змеилась от дверей до угла квартала. Пейдж призадумалась: неужели ни одна из тех страдалиц не замечает явной иронии рекламного трюкача, маскирующего удручающую реальность? Но нет, судя по маниакальному блеску глаз, все до одной зашорились розовыми очками, каждая убеждена: она — единственная и неповторимая, именно для нее все любовные серенады и сонеты мира.

— Двери открываются, — прошептала Мей и крепко сжала локоть Пейдж.

Пейдж поплотнее укуталась в толстый шерстяной шарф и энергично потопала сапожками по мостовой.

— Тебе кажется.

— Похоже, отпирают изнутри. — Пламенный речитатив Мей словно по бикфордову шнуру заструился по очереди.

Пейдж едва устояла на ногах под внезапным напором подавшейся вперед толпы.

— Полегче! — Пейдж обернулась и в упор посмотрела на наседавшую сзади женщину, та словно обезумела. — Когда откроют, тогда и откроют. И каждая найдет наряд своей мечты. А если нет, значит, она не женщина.

Мей свирепо уставилась на нее.

— За это сниму тебя с должности подружки невесты.

— Неужели?

Мей рассмеялась. Веселье, однако, было недолгим: двери внезапно распахнулись, из помещения пахнуло камфарой и лавандой. Усталая женщина в джинсах и ярко-розовой футболке прокричала:

— Не торгуемся! Не обмениваем! Не возвращаем! Не выносим для примерки: все в зале!

Наконец плотина была прорвана. Покупательницы полноводной рекой затопили помещение, ручейками потекли по рядам. Пейдж вжало в проем; пытаясь устоять, она ухватилась за плечи Мей. Волны женщин обтекали их, словно библейского Моисея, рассекающего Красное море.

— Пресвятая Дева, ну и развал! — прокомментировала Мей.

— Да уж. — Пейдж пыталась осмыслить все то, что открылось их взору.

Платья от-кутюр и прет-а-порте, наряды от знаменитых дизайнеров и ширпотреб, высокая мода и поточный брак. Расшитые бисером корсеты, кринолины всевозможных фасонов, рукава, обильно сдобренные рюшами, — глаза разбегаются. На все солидная скидка — сегодня будет распродано все до последней тряпки.

— Шевелись! — выкрикнула Мей, придя в себя, и с места в карьер полетела к паутинке, на которую нацелились ее разгоревшиеся глаза.

Пейдж забилась в закуток за створкой двери и помахала в ответ мобильным телефоном:

— Буду сидеть здесь, пока не понадоблюсь!

Рука Мей взметнулась над морем голов, затем подруга растворилась в толпе.

Далее все смахивало на урок антропологии. Особа в безукоризненно скроенном костюме взвизгнула, как подросток, отыскав-таки платье своей мечты. Другая впала в истерику, обнаружив, что платье никак не желает угодить ее размеру. И все это ради церемонии, которая вынуждает людей обещать невозможное: любить, почитать и лелеять вечно.

По опыту Пейдж знала, что совместная жизнь — это вечная борьба за сносное существование, перемежаемая склоками и скандалами, от которых в душе не останется ничего, кроме сожаления о напрасно потраченных годах. Она уверилась, лучше любить, почитать и лелеять себя. Неустанно искать любовь ради того, чтобы раз в жизни нарядиться принцессой? Не стоит.

Пейдж крепче сжала мобильник: хоть бы Мей позвонила, что ли? Лучшая подруга. С тех пор как родители обеих со скандалом развелись, они противостоят жизни вместе, не забывая о том, что счастье в семейной жизни — злонамеренный миф, выгодный разве что торговцам цветами и кондитерам. Не они ли его и выдумали? Мей, бедолага, позабыла обо всем, стоило ей повстречать Клинта.

Пейдж подавила вздох сожаления и, в очередной раз пожелав Мей семейного счастья, постаралась переключиться на более приятные размышления.

Маркетолог в серьезной фирме, специалист по интерьерам, она наметанным глазом окинула обветшалое помещение и убедилась, что в качестве декораций для съемок этот сток-центр не годится, разве что древняя кирпичная стена будет неплохо смотреться в кадре. Впрочем, в ближайшее время съемки здесь и не планировались. Их следующий каталог будет сниматься в Бразилии. Эпохальное решение. Огромные затраты. Всего один каталог. Неслыханно даже для бутиков Ménage à Moi[2]. Однако Пейдж нутром чуяла: игра стоит свеч. Ее предложение ошеломило босса, тем не менее он согласился. А ей самой давно уже нужно как следует встряхнуться.